Зимовка сайги в Коргалжынском заповеднике| №36 осень 2012 | Степной Бюллетень 
ISSN 1726-2860
(печатная версия ISSN 1684-8438)

Содержание номера

№36 осень 2012

Восстановление степейСтепи под охранойСтепи в городской чертеСтепи под угрозойРежимы сохранения степейЗащита уязвимых видовЗаконодательствоПроектыСобытияОбъявления Новые книги Финансирование номера

Защита уязвимых видов

Зимовка сайги в Коргалжынском заповеднике

А.В. Кошкин (Коргалжынский заповедник, Акмолинская область)

Сайгаки зимой 2011-2012. Фото А.В. КошкинаКоргалжынский государственный природный заповедник расположен в центральной части степной зоны Казахстана, общей площадью 543,171 тыс. га. С момента основания в 1968 г. его территорию составляли в основном водно-болотные угодья озер Коргалжын и Тениз (258,963 тыс. га). Но в 2008 г. к заповеднику было присоединено около 260 тыс. га не тронутой плугом степи из земель государственного запаса. Новая территория расположена западнее оз. Тениз, основная цель ее присоединения – обеспечить сохранение сурка-байбака (около 14 тыс. особей) и сайги.

Здесь находится традиционное место отела части Бетпакдалинской популяции сайгаков. В 1978 г. на участке между оз. Тениз и р. Терисаккан на отел собиралось до 150 тыс. самок. В тот же год летом здесь насчитывали от 100 до 150 тыс. особей обоего пола (Фадеев, Слудский, 1982). Однако о зимовке сайгаков в Тенизском регионе в цитируемой публикации не упоминается. Последние 30 лет специальными исследованиями сайги в регионе никто не занимался. Лишь с 2010 г. при поддержке проекта ГЭФ/ПРООН/Правительства РК «Сохранение и устойчивое управление степными экосистемами» начал проводиться круглогодичный мониторинг Тенизской группировки сайги.

В 1980-х – начале 1990-х гг., когда сайга была обычной в регионе, на зиму она почти  полностью откочевывала к югу. Последние табунки антилоп встречались до января, в феврале и марте – единицы. Основной причиной этому были волки, численность которых в Коргалжынском заповеднике и его окрестностях в то время достигала не менее 40–50 особей.

Начиная с 2000 г., в связи с сокращением численности волка в регионе сайга стала оставаться здесь практически на всю зиму. Например, в урочище Алкым можно было наблюдать до марта около 100 особей. В последующие годы табунки сайги (по 10–20 особей)  встречались зимой в урочищах Аблай и Бозарал. Рост численности зимующих сайгаков в заповеднике стал наблюдаться с 2008 г., когда в феврале был отмечен один табун численностью около 200 особей в урочище Аблай. Это  связывается, прежде всего, с увеличением Бетпакдалинской популяции (Грачев и др., 2009). В декабре 2008 г. зимующих сайгаков в заповеднике насчитывалось уже около 1000 особей, все они благополучно перезимовали. В 2009–2010 гг. по неполным данным оставшихся на зиму сайгаков в заповеднике было около 2000 особей. В декабре 2011 г. только на площади 25 тыс. га (урочища Бозарал и Тобылга) нами учтено около 13 тыс. антилоп.

Биотопы

В декабре сайгу можно увидеть в различных степных биотопах. В январе–феврале, с выпадением большего количества снега, практически все зимующие сайгаки концентрируются по краям солончаков и замерзших озер, где снега мало. Такие открытые малоснежные пространства практически всегда используются сайгой в случае опасности – твердый, утрамбованный ветрами неглубокий снег не препятствует быстрому передвижению животных.

В настоящее время к концу зимы сайга часто стала заходить в опасные для нее тростники, где на небольших солончаковых островках она кормится и отдыхает. Сайга, застигнутая здесь нами врасплох и с трудом убежавшая по большим сугробам (где она так сильно проваливается, что ее можно поймать руками), по непонятным причинам возвращалась сюда вновь уже на следующий день.

По нашим наблюдениям, в позднезимний период сайгаки выбирают для питания определенную группу растений. В это время на краях солончаков они кормятся биюргуном, солянками и полынями. При этом затрачивается много энергии на тебеневку, несмотря на то, что рядом с солончаками зачастую находятся не заметенные снегом целые поля мятлика и пырея, вегетативные части которых можно было бы поедать без усилий.

Как правило, табуны сайги при наличии глубокого снега и в отсутствие волков не совершают больших перемещений, а остаются до весны практически на одних местах. Это подтверждают данные спутникового слежения 2011–2012 гг. за пятью помеченными трансмиттерами самками на территории  заповедника. Излюбленными для сайгаков урочищами в Коргалжынском заповеднике на протяжении последних трех лет являются остров Мынжилки, западная часть Аблайской плотины, урочище Бозарал, берега озер Малый и Большой Тениз.

Гон

Гон у сайги, как известно, проходит в конце декабря. Интересно отметить, что описываемое в литературе (Фадеев, Слудский, 1982; Соколов, Жирнов, 1998) формирование гаремов и характерное поведение гонных самцов у сайги Тенизского региона в настоящее время не наблюдается. В течение четырех лет при проведении мониторинга численности сайги было отмечено, что в декабре, когда должно происходить образование обособленных гаремов, изгнание самцов-сеголетков и т.д., сайга по-прежнему держалась смешанными табунами различной численности. Из них около 5% составляли крупные (500–700 голов), около 50% – средние (80–200 голов), остальные – мелкие (до 50 голов). В таких табунах среднее соотношение половозрелых самцов и самок с самцами-сеголетками составляло 1:13.

Нами практиковалось проведение наблюдения из укрытия или с большого расстояния с применением зрительной трубы. Животные не проявляли беспокойства от присутствия наблюдателя. Самцы паслись или отдыхали рядом, никаких ожесточенных драк не было. Изредка какой-либо рогач мог прогнать несколько десятков метров другого самца (такое можно увидеть и летом), после чего тот обычно сразу возвращался в табун. Такое игровое  поведение никак не походило на описываемые в литературе турниры. Вероятно, за время депрессии (2000–2006 гг.), когда Бетпакдалинская популяция сайги сокращалась до минимальных численностей (1,8–15 тыс. особей – Грачев и др., 2009), соответствующие формы поведения оказались утрачены. Это оказалось возможным, поскольку в тот период они не могли поддерживаться половым отбором в силу очень низкого соотношения численности самцов относительно самок.

После гона в январе часто можно видеть отдельных изнуренных гоном самцов, а иногда и их группы. Зачастую они лежат в степи и подпускают к себе на близкое расстояние.

Факторы, определяющие изменение численности

Как известно, на изменение численности сайги в зимний период влияют три основные группы факторов: биотические, абиотические и особо выделяемые антропогенные факторы.

Биотические факторы

Роль хищников. Основным естественным врагом сайгака можно считать волка (Canus lupus).  В 1980-х гг. на территории заповедника нам встречались стаи волков до 12 особей, группы по 5–7 зверей были обычными. Зафиксирован случай, когда во время раннего сильного бурана 14 октября 1976 г. семь волков только на одном солончаковом островке среди тростников урочища Бозарал задрали 48 сайгаков. И в дальнейшем мы неоднократно находили на островах и полуостровах заповедника следы таких охот волка. Но в последние годы количество убитых волками сайгаков в регионе исчисляется единицами,  причиной чему стала малочисленность этих хищников. Численность волка в регионе сильно сократилась начиная с середины 1990-х гг. Мы предполагаем, что это объясняется следующими факторами.

  1. В этот период в обществе появились богатые люди, для которых не проблема организовать престижную охоту на волка с применением дорогих снегоходов и малой авиации.
  2. Произошло падение спроса на меховое сырье на внутреннем рынке. В 1980-х гг. только в одном пос. Коргалжын было около 10–15 охотников-лисятников, добывающих на автомобилях и снегоходах за сезон до 50–100 зверьков каждый. При прекращении промысла численность лисиц сильно возросла (до 3–5 семей на 1000 га), и это привело к учащению эпизоотий бешенства и чумы плотоядных среди хищных млекопитающих, что сказалось, в том числе, на численности волка.

В настоящее время волка практически не стало не только в опасной для него открытой степи, но и в массивах тростника на охраняемой заповедной территории. По нашим подсчетам, территорию заповедника периодически посещает не более 10 волков. Так, за весь зимний период 2009–2010 гг. в местах зимней концентрации сайги не было встречено ни одного волчьего следа. В конце зимы 2010 и 2011 гг. в районе Аблайской плотины и на южном побережье Малого Тениза были найдены два молодых и два взрослых самца сайгака, убитых волками-одиночками. В обоих случаях жертвы были лишь частично вскрыты в области грудной клетки и впоследствии постепенно доедались лисицами и воронами.

Естественная смертность. Согласно литературным данным (Фадеев, Слудский, 1982) продолжительность жизни самцов сайгака составляет 3–4 года. Однако простые арифметические подсчеты показывают, что из 1000 половозрелых самцов, учтенных в заповеднике в декабре 2011 г., в эту зиму (обычное время их гибели) должно умереть от старости около 250 особей. К марту 2012 г. нами было обнаружено всего восемь павших естественной смертью рогачей, из которых три пало сразу после гона, в начале января. Процент пропуска здесь должен быть невелик, так как останки сайги постоянно посещаются воронами, которых на белом снегу в открытой степи далеко видно. Приходится предположить, что продолжительность жизни самцов сайги в последние годы увеличилась из-за  малочисленности волков и ряда благополучных зим.

Здесь следует отметить, что сайгаки (95% самцы) на территории заповедника «любят умирать» на определенном участке. Около 80% павших в течение четырех лет животных найдено на десятикилометровом участке поймы правого берега р. Нуры (левый берег здесь сильно зарос  высокими тростниками) между Аблайской плотиной и оз. Асаубалык. Эта местность представляет собой мозаично заросшие мелкими тростниками и осокой солончаки, на расстоянии 1–1,5 км к северу переходящие в степные биотопы. По-видимому, перед смертью ослабленные или больные животные инстинктивно стараются уединиться в более укромных местах, которые и находят в пойме Нуры.

Абиотические факторы

Джуты – следствие выпадения необычно высокого и плотного снежного покрова либо образования ледяной корки. Опасность их для копытных заключается в том, что резко затрудняется добывание корма из-под снега.

При сохранении доступных кормов частые метели и низкие температуры не оказывают сильного влияния на здоровье одетых в теплую зимнюю шубу сайгаков. Так, убитые волком в начале марта два самца пролежали незамерзшими (окостенели только ноги) около 10 дней при ночной температуре до -20° С (!).

К счастью, за последние 15 лет в регио­не не было ни одного зимнего дождя и, соответст­вен­но, не было ледяной корки, губительной для многих обитателей зимней степи. Несомненно, на благополучие зимовки сайги боль­шое­ влия­ние оказывает состояние снежного по­крова.

Бескормица отмечалась в конце зимы 2009 г. В марте 2009 г. отощавшие сайгаки обоего пола встречались рядом с пос. Уркендеу, Абая и Егиндыколь, где частично были убиты местными жителями «из интереса» или затравлены собаками. Антилопы были настолько исхудавшими, что павших не ели даже многочисленные мигрирующие в это время грачи и вороны. В этот период нами были найдены недалеко от дорог четыре мертвых самца сайги. В начале апреля 2009 г. рядом с Аблайской плотиной мы встретили двух взрослых рогачей. Один из них при виде снегохода сумел пробежать около 200 м и упал практически бездыханным (отсутствовало дыхание). В течение 10–15 минут он не реагировал на стоящего рядом с ним человека. Затем вскочил и побежал к спокойно ожидавшему его в 100 м «товарищу». Чтобы не усугублять обстановку, мы вернулись назад. Через неделю, во время сильного таяния снега и образования проталин, мы вновь посетили это место и обнаружили тех же двух самцов,  уже резво бегающих.

В конце зимы 2010 г. на 200-километровом маршруте были обнаружены павшими только один самец и одна молодая самка. Необходимо отметить, что предыдущая зима (2008–2009 гг.) по толщине снежного покрова (30–35 см), отсутствию ледяной корки и наличию доступных для пастьбы выдувов практически не отличалась от более благополучной для сайги зимы 2009–2010 гг. Однако на фотографиях, отснятых в конце зимы 2010 г., у сайги заметно проглядывают ребра даже через густой зимний мех. Вероятнее всего, благополучной перезимовке сайги способствуют метели, вызывающие уплотнение снега, благодаря чему сайга тратит меньше энергии при передвижении. В 2010 г. дней с метелями было на 60% больше, чем в 2009 г. Сильные ветра зимой способствуют также образованию больших площадей выдувов на берегах озер и солончаков, где антилопы кормятся в период глубокоснежья.

Многие авторы (Фадеев, Слудский, 1982; Соколов, Жирнов, 1998) указывали, что сайга покидает территорию, когда глубина снежного покрова достигает более 20 см. В нашем регионе эти сведения не подтверждаются, так как снежный покров в степи в марте обычно составляет 30–40 см. По результатам многолетних наблюдений можно думать, что миграция сайги к югу в зимний период происходила, скорее всего, в силу «привычки», а не по климатическим условиям. Например, зима 2011–2012 гг. была малоснежной (в конце марта снег в степи достигал не более 30 см) и морозной – с начала января до середины марта стояли морозы -30…-35° С. Ежемесячный мониторинг сайги (объезд на двух снегоходах) показал, что сайга покидала места тебеневки постепенно, независимо от погодных условий и высоты снежного покрова. Беспокойства со стороны человека и волка не отмечалось. На упомянутой выше мониторинговой площадке (25 тыс. га) в декабре было 13 тыс. животных, в январе их число упало до 3200, в феврале – до 1500, в марте оставалось только 450 особей.

Антропогенный фактор

Охрана сайги в регионе осуществляется силами сотрудников заповедника и мобильными отрядами ПО «Охотзоопром», оснащенными высокопроходимой колесной техникой и снегоходами. Эффективность охраны достаточно высока, поэтому случаев организованного массового браконьерства здесь не отмечается. За последнее десятилетие зафиксирован только один случай успешной незаконной охоты на сайгу в заповеднике: в декабре 2011 г. браконьеры на высохшем и промерзшем солончаке у берега оз. Тениз убили семь самцов сайги, отпилили рога и скрылись. Предполагаемые виновники были задержаны через две недели недалеко от места преступления при попытке повторного браконьерства, в этот раз успев ранить только одного молодого самца.

В норме контакта сайги с человеком здесь практически не происходит, в связи с тем, что регион малонаселенный (рядом с восточной границей заповедника расположены всего два небольших поселка по 20–30 дворов). Как летних, так и зимних пастбищ для сайги предостаточно, так что в течение всего года на этой территории может прокормиться порядка 100 тысяч антилоп.

Биотехнические мероприятия

Перефразируя известную фразу, можно сказать, что «спасение сайгаков – дело ног самих сайгаков». Но не только. Помимо охраны от браконьеров, заповедником в зимний период 2011 г. были проведены работы по освобождению пастбищ от снега методом снегопаха в местах зимней концентрации животных. До этого было отмечено, что в конце зимы при глубоком снеге сайга охотно выходит пастись на прочищенные по степи дороги, порой выедая на них всю растительность до земли. Две обработанные снегопахом площадки по 50 га в течение 10 дней (пока не занесло метелью) посещали около 100 сайгаков. Данный метод можно рекомендовать к широкому применению на случай джута, который остается одной из главных угроз для зимующей сайги.

К сожалению, в настоящее время очень затруднено оперативное реагирование в случае наступления экстремальных для сайги условий, когда требуются срочные действия по спасению животных. Действия невозможны без финансирования, а чтобы «выбить» деньги, необходимо написать кучу бумаг. Например, требуется биологическое обоснование, которое имеет право написать только какая-нибудь организация, имеющая соответствующую лицензию. Процедура занимает 2–3 месяца. Затем на это обоснование нужно получить положительное заключение экологической экспертизы – еще 2–3 месяца. Затем требуемую сумму нужно утвердить и заложить в бюджет – еще 2–3 года. За это время не только успеет погибнуть находившаяся в критической ситуации сайга, но и сменится несколько поколений после уцелевших. Даже Фонд сохранения биоразнообразия Казахстана, благодаря которому в 2011 г. на западной территории заповедника были восстановлены две плотинки для водопоя сайги, не в состоянии быстро выделить средства на закупку топлива и аренду тракторов, чтобы освободить от снега зимние пастбища в случае наступления чрезвычайной ситуации. А ведь гибель сайги от джута бывает очень большой, порой сокращая ее численность в 2–3 раза. Например, зимой 1976–1977 гг. от джута пало не менее 100 тыс. сайгаков Бетпакдалинской популяции (Фадеев, 1980).

В статье использованы данные, полученные автором в результате личных наблюдений на территории заповедника с 1976  по 2012 г., в том числе в рамках мониторинга, организованного при поддержке проекта ГЭФ/ПРООН/Правительства РК «Сохранение и устойчивое управление степными экосистемами».

Литература

Грачев Ю.А., Мелдебеков А.М., Бекенов А.Б. 2009. Численность, структура и воспроизводство популяций  сайгака в Казахстане // СБ № 27: 47–49.
Соколов В.Е., Жирнов Л.В., ред. 1998. Сайгак: филогения, систематика, охрана и использование. М.: Изд-во Россельхозакадемии. 358 с.
Фадеев В.А., Слудский А.А. 1982. Сайгак в Казахстане. А.-А. 158 с.
Фадеев В.А. 1980. Влияние джутов на численность сайгаков в Казахстане // Копытные фауны СССР. М. 212–213.

Контакт:
Алексей Валентинович Кошкин, заместитель директора по науке
Коргалжынский государственный природный заповедник
КАЗАХСТАН 021300 Акмолинская обл., с. Коргалжын, ул. Р. Мадина, 22/3
Тел./факс: (71637) 21 650
E-mail: olga.koschkina@mail.ru






Наверх
366 просмотров



Сибирский экологический центр
Центр охраны дикой природы
Проект ПРООН/ГЭФ по степным ООПТ России
Казахстанская ассоциация сохранения биоразнообразия
Об издании

Популярное
ПРООН ГЭФ Минприроды России