К электронной конференции по проблемам нормативного правового обеспечения сохранения биоты и экосистем степной зоны России

slots4


СОХРАНЕНИЕ СТЕПЕЙ РОССИИ
Проект ПРООН / ГЭФ / Минприроды России Совершенствование системы и механизмов управления ООПТ в степном биоме России
ПРООН ГЭФ Минприроды России
Сайт создан и существует при поддержке Проекта ПРООН / ГЭФ / Минприроды России "Совершенствование системы и механизмов управления ООПТ в степном биоме России"

Яндекс.Метрика

К электронной конференции по проблемам нормативного правового обеспечения сохранения биоты и экосистем степной зоны России

Аркадий Александрович Тишков

Институт географии РАН, Москва

Уважаемые коллеги! Эти заметки были в основном написаны, хотя и не опубликованы, ещё в 2005 г., но, как выяснилось, не потеряли значения и сейчас. Их “актуализация” свелась к добавлению нескольких фактов и замене некоторых дат, но общие тенденции, к сожалению, сохранились.

Новые федеральные ООПТ создаются редко, а их площадь прирастает незначительно. С региональными и местными территориями картина иная. Субъекты Федерации периодически инициируют создание новых федеральных и региональных ООПТ, но в условиях незавершённой административной и земельной реформ, а также в ожидании пакетного изменения природоохранного законодательства, эти действия часто оказывались безуспешными. «То густо, то пусто!» – так можно охарактеризовать деятельность регионов по созданию новых ООПТ в последние десятилетия. Почувствовав «охлаждение» государства к экологическим проблемам, лидеры субъектов Федерации начали наступление на сложившиеся региональные и местные системы ООПТ. В 1990-х гг. была создана основная масса региональных и местных ООПТ (более 90%). Причем их статус оказывался не всегда соответствующим задачам долгосрочной охраны, т.к. ограничивал сроки существования (заказывания, заповедания, существования в качестве природного парка, памятника природы и пр.) годами пребывания у власти местного лидера, данного законодательного собрания и т.п. В некоторой степени политика экстренного формирования региональных природоохранных систем – реакция местных властей на начало земельной политики и реформы по разграничению полномочий между Центром и регионами. Но мы предупреждали неоднократно, что с приходом нового регионального лидера к власти, его приоритеты в отношении природных парков, заказников и памятников природы могут меняться и тогда все многолетние усилия по созданию региональных ООПТ окажутся безрезультатными.

Особенно это касалось степных регионов, где за последние 25 лет создано существенно меньше новых ООПТ, чем в других регионах (Убсунурская котловина, Богдинско-Баскунчакский и Ростовский заповедники, Хвалынский национальный парк и некоторые другие).

Почувствовав наметившееся в начале реализации реформ и разделения полномочий противостояние Центра и регионов, последние стали создавать свои ООПТ решением губернатора или регионального законодательного органа. Однако, если федеральные ООПТ закрыть сложно, то в региональные, созданные решением одного человека (хоть и губернатора) закрыть оказалось просто. Так, в ряде регионов страны уже с 2003-2004 гг. начали закрываться местные ООПТ – заказники и природные парки, расширилась хозяйственная деятельность в охранных зонах заповедников и национальных парках. Опрос федеральных ООПТ показал, что Центр и регионы по-разному оценивают, согласно земельному кадастру, площади заповедников и национальных парков, расположенных в субъекте Федерации (www.biodat.ru). Например, многие степные регионы (Воронежская, Орловская, Самарская, Челябинская, Кемеровская области, Башкортостан, Калмыкия и др.) числили за собой федеральных земель ООПТ на 15,0 – 420,0 тыс. га меньше, чем площадь, получаемая простым сложением площадей ООПТ федерального статуса. Это – первый сигнал к тому, что на заключительных фазах земельной реформы степные регионы могут потерять и то, что удавалось сохранить в последние десятилетия. Серьёзные перестройки в государственной системе ООПТ связаны как с перераспределением полномочий между местными, региональными и федеральными властями и укреплением вертикали власти, так и с активным правоприменением новых Земельного, Лесного и Водного кодексов. Яркий пример последних лет – фактическое упразднение сети региональных ООПТ в Курской области в 2009 г. (см. Табл. 2) с неопределёнными перспективами её восстановления. Тревожные сообщения приходят и из других степных регионов.

Современная ситуация с территориальной охраной степного биоразнообразия

Есть ли у России общегосударственная стратегия сохранения и устойчивого использования экосистем степной зоны? Сразу ответим, что пока – нет. Мы писали по этому поводу неоднократно (Амирханов, Тишков, 1998; Тишков, 1998, 2003, 2004; Елизаров и др., 1999). Об этом многократно писал и говорил А.А. Чибилёв (1992, 1998, 2000), ориентируя нас на оптимизацию степного ландшафта, сочетающего в себе заповедные и аграрные земли разного целевого назначения. Эти и другие подходы обобщены в Стратегии сохранения степей России (2006), подготовленной по итогам широкого обсуждения проблемы,организованного неправительственными организациями.

Анализ системы природоохранного финансирования, проведённый Проектом ГЭФ «Сохранение биоразнообразия» (Система финансирования охраны живой природы в России, 2002) показал, что из более 2100 международных проектов по сохранению биоразнообразия, реализованных в период с 1991 по 2001 гг. в России, только 16 (0,47%) были посвящены сохранению лесостепи, степи и полупустыни. В заявку России в ГЭФ были включены проектные предложения «Развитие территориальной охраны живой природы на основе экологизации систем землепользования староосвоенных регионов Европейской России в условиях формирования рынка земли» (Проект ГЭФ…, 2002). Международным донорам неоднократно поступали и другие предложения по осуществлению крупных проектов по сохранению степей. Они частично реализованы в Проекте ГЭФ «Сохранение биоразнообразия Российской Федерации» (1997-2002), в проекте «Сохранение биоразнообразия в приграничном Галицко-Слобожанском коридоре» (ГЭФ, 2003; Польша, Украина, Россия), «Создание экологических сетей в приоритетных экорегионах России» (ГЭФ, 2002), «Подготовка стратегической программы действий (СПД) для бассейна Днепра и механизмы её реализации» (Украина, Россия, Беларусь, 2001). В рамках Программы ТАСИС выполнен проект «Комплексное использование земель Евразиатских степей» (2007-2009). В 2010 г. стартовал проект ПРООН / ГЭФ / Минприроды России “Совершенствование системы и механизмов управления ООПТ в степном биоме России”, расчитанный до 2015 г.

Современная ситуация с территориальной охраной степного биоразнообразия России, на наш взгляд, критическая. В таблице 1 представлены сведения о биоразнообразии 10 заповедников, в которых приоритетно сохраняются степные экосистемы. Этим списком степные ООПТ федерального уровня в России не исчерпываются. Степи сохраняются в других заповедниках (например, Алтайский, Тигерекский, Кузнецкий Алатау, Богдо-Баскунчакский, Ильменский, Воронинский, Белогорье, Хопёрский, Волжско-Камский, Приволжская Лесостепь, Шульган-Таш, Чёрные Земли) и национальных парках (Нечкинский, Башкирия, Хвалынский, Самарская Лука, Нижняя Кама, Алханай, Смольный). Но, как и в случае с нашими «традиционными» степными заповедниками, здесь площади, занятые охраняемыми степями, незначительны. Даже расположенные в степной зоне или в поясе горных степей ООПТ ориентированы преимущественно на сохранение либо лесных, либо водно-болотных экосистем. Поэтому репрезентативность таких ООПТ в отношении сохранения степных экосистем весьма низкая, а эффективность в сохранении степного биоразнообразия ещё ниже.

Таблица 1. Сохранение биоразнообразия степных экосистем на ООПТ России.

№№ Заповедники Площадь, тыс. га Год создания Флора Фауна амфибий Фауна рептилий Фауна птиц В т.ч. гнездящихся Фауна млекопитающих
1 Азас

300,4

1985

719 2 7 268 - 46
2 Башкирский

49,6

1930

823 4 6 180 114 51
4 Галичья гора

2,3

1925

877 7 6 194 137 58
5 Жигулёвский

23,1

1927

847 7 7 158 105 41
6 Оренбургский

21,7

1989

600 - - 179 - 45
7 Северо-Осетинский

29,0

1967

1376 5 9 175 - 43
8 Сохондинский

210,9

1973

574 2 4 190 125 49
9 Убсунурская котловина

323,2

1993

972 1 7 376 - 82
10 Центрально-Чернозёмный

5,3

1935

930 8 6 209 95 43

Собственно степные ООПТ в региональных системах земель природоохранного назначения в степных регионах составляют от 3,0 до 25,0% – в среднем – около 10% (Табл. 2). В площадном выражении эти цифры ещё ниже, хотя оценить количественно эту пропорцию весьма сложно. Во-первых, в земельном кадастровом учёте такой категории как «степи» нет. Нет у нас и «Степного фонда», в рамках которого вёлся бы государственный учёт земель, занятых природными и полуприродными степными экосистемами. Во-вторых, традиционно степи числятся за сельским хозяйством и чаще всего относятся к категории «земель сельскохозяйственного назначения». Отсюда и подход к их учёту, не позволяющий достоверно определить пул природных степей. В-третьих, ещё большая, чем на государственном уровне, путаница с категориями земель в регионах, а, особенно, внутри хозяйств. Даже такая категория, стандартная для земельного учёта, как «естественные кормовые угодья», оказывается неподвластной для оценок. Например, её доля по разным оценкам может различаться по регионам на 10-50%, а если включить сюда и земли Министерства обороны, Лесного фонда с его «рединами» и «прогалинами» и Природно-заповедного фонда, то вычленить «степные экосистемы» будет просто невозможно.

В таком положении суммировались все издержки нашей территориальной охраны природы, когда приоритеты строятся не на сохранении того, что испытывает наибольший антропогенный пресс, а того, что в глазах обывателя является уникальным или доступным в данный момент («бери, что дают»). Именно обывателя (в нашем случае – чиновника, принимающего решения по организации ООПТ), а не учёного. Ведь не стали бы учёные создавать региональные системы ООПТ степных регионов состоящими на 90% из искусственных лесонасаждений, прудов, родников и пр. А именно так и получилось – из рассмотренных нами региональных систем ООПТ 17 субъектов Федерации, находящихся полностью или частично в степной зоне, практически во всех преобладали ООПТ, сохраняющие экосистемы лесов и водоёмов, созданных человеком (садов, лесополос, лесонасаждений, парков, прудов, водохранилищ и пр.), геологических памятников и др. Так что ни о какой репрезентативности в отношении биоразнообразия существующей системы степных ООПТ говорить не приходится.

Таблица 2. Представленность собственно степных ООПТ в системе охраняемых природных территорий некоторых степных регионов России (по состоянию на 01.01.2006).

Республика, область

Всего ООПТ

В том числе тех, которые сохраняют преимущественно степные экосистемы:

суммарно

из них федеральных

Воронежская область

162

24

1

Курская область

69 (ныне – 4)

7 (ныне – 0)

1

Липецкая область

153

18

1

Орловская область

131

12

-

Тамбовская область

98

8

1

Тульская область

78

7

-

Оренбургская область

110

8

1

Пензенская область

110

12

1

Республика Башкортостан

202

27

2

Самарская область

306

39

1

Саратовская область

154

16

2

Волгоградская область

365

35

1

Ростовская область

112

22

3

Ставропольский край

24

6

0

Республика Бурятия

294

11

1

Омская область

133

16

1

Алтайский край

371

10

0

Неореликтовость экосистем агроландшафта и его роль как рефугиума степной биоты

Если репрезентативность существующей системы степных ООПТ в отношении сохранения степных экосистем низкая, а их эффективность в сохранении степного биоразнообразия ещё ниже, то – за счёт чего же осуществляется территориальная охрана? Возьмём на себя смелость утверждать вслед за А.А. Чибилёвым (1992,1998), что эта функция выполняется не заповедниками и национальными парками, а сформировавшимся тысячелетиями традиционным степным агроландшафтом. Но в нём биота и экосистемы степей сохраняются в биогеографическом смысле как в рефигиуме, окружённом полностью преобразованным ландшафтом, и, в соответствии с этим, несут в себе черты реликтовости, а правильнее – неореликтовости (Исаков и др., 1986). Это означает, что к организации территориальной охраны степей надо подходить с тех же позиций, с каких мы подходим к сохранению островных экосистем, рефугиумов, местообитаний с реликтовой флорой и фауной.

На природных сенокосах и пастбищах равнин и гор России представлено не менее 6000 видов сосудистых растений (около 50% флоры России). Их основу составляют семейства Poacea, Asteracea, Fabacea, Cyperacea, Ranunculaceae. Многие из них – редкие и исчезающие, и их будущее напрямую связано с сохранением агроландшафта. Кроме того, здесь представлено около 100 видов млекопитающих, 150-180 видов птиц, десятки тысяч видов насекомых и других беспозвоночных животных.

Проблемы сохранения разнообразия флоры и фауны лугов России напрямую связаны с сохранением традиционного аграрного производства, в первую очередь мясо-молочного животноводства и местных пород крупного и мелкого скота. Они могут быть сведены к сохранению традиционного агроландшафта как местообитания многих видов растений и животных.

Степные экосистемы, особенно в Европейской части России, распаханы на водоразделах полностью и разрушены чрезмерным выпасом. Например, более 70 видов степных растений занесены в Красную Книгу Российской Федерации, а в целом на грани исчезновения не менее 200 видов степных растений и десятки видов позвоночных степных животных – млекопитающих, птиц, рептилий (Табл. 3). В тоже время, в отношении разнообразия флоры европейских степей, ссылаясь на мнение О.В. Морозовой (2003), можно отметить, что она в количественном отношении за период освоения человеком не претерпела существенных изменений.

Таблица 3. Важнейшие редкие виды растений и животных, характерные для травяных кормовых угодий степной зоны России и рекомендации по их охране

Виды

Распространение

Рекомендации по охране

Растения

Allium regelianum степи Волгоградской области создание новых охраняемых территорий
Anthemis trotzkiana меловые степи Самарской и Волгоградской областей создание новых охраняемых территорий
Centaurea taliewii агроландшафты низовьев Волги и Дона сохранение агроландшафта
Cephalaria litvinovii долины рек Тамбовской, Воронежской и Белгородской областей сохранение агроландшафта, создание новых охраняемых территорий
Calophaca wolgarica степные берега рек юга России создание новых охраняемых территорий
Genista tanaitica степи на меловых склонах низовьев Дона создание новых охраняемых территорий
Erodium stevenii эндемик Северного Кавказа сохранение агроландшафта
Globularia punctata меловые степи низовьев Дона и Волги создание новых охраняемых территорий
Orchis morio луга Брянской области прекращение сбора растений, сохранение агроландшафта
Koeleria sclerophylla степи по меловым обнажением Урала, Волги, Дона и Камы снижение пастбищных нагрузок, создание новых охраняемых территорий
Secale kuprijanovii горные остепненные луга Северного Кавказа введение в культуру, снижение пастбищных нагрузок
Androsace kosopoljanskii степи речных террас в Белгородской, Курской и Воронежской областях снижение пастбищных нагрузок, создание новых охраняемых территорий

Позвоночные животные

Erinaceus dauricus степи Байкальского региона снижение пастбищных нагрузок
Marmota bobak степи Северной Евразии сохранение степного агроландшафта
Vormela peregusna peregusna степи и полупустыни низовьев Волги и Северного Кавказа сохранение агроландшафта, снижение пастбищной нагрузки, создание новых охраняемых территорий
Procapra gutturosa степи гор юга Сибири и Забайкалья снижение пастбищных нагрузок, борьба с браконьерством, создание новых охраняемых территорий
Capra aegagrus aegagrus степи, альпийские и субальпийские луга Северного Кавказа стабилизация обстановки в Чечне, снижение пастбищных нагрузок, борьба с браконьерством
Ovis ammon ammon горные степи и луга юга Сибири и Забайкалья снижение пастбищных нагрузок, создание новых (в т.ч. трансграничных) охраняемых территорий, борьба с браконьерством
Aquila rapax степи Северной Евразии прекращение химических методов борьбы с грызунами, сохранение агроландшафта и экологическое воспитание местного населения
Falco cherrug степи юга Сибири прекращение химических методов борьбы с грызунами, сохранение агроландшафта и экологическое воспитание местного населения
Grus japonensis луга Дальнего Востока сохранение мест гнездования в агроландшафте, экологическое образование местного населения, борьба с браконьерством и весенними пожарами, прекращение мелиорации
Grus vipio луга Дальнего Востока и Забайкалья сохранение мест гнездования в агроландшафте, экологическое образование местного населения, борьба с браконьерством и весенними пожарами, прекращение мелиорации
Anthropoides virgo сухие степи нижней Волги, южного Урала, юга Сибири и Забайкалья прекращение химических методов борьбы с грызунами, сохранение степного агроландшафта, учёт «календаря природы» при сезонных работа, экологическое образование местного населения, борьба с браконьерством
Otis tarda сухие степи нижней Волги, Дона, Урала, юга Сибири и Забайкалья) прекращение химических методов борьбы с грызунами, сохранение степного агроландшафта, учёт «календаря природы» при сезонных работа, экологическое образование местного населения, борьба с браконьерством
Vipera kaznakowii горные степи и луга снижение пастбищных нагрузок, снижение уровня отлова для серпентариев и террариумов

Насекомые

Bradyporus multituberculatus степи юга Европейской России сохранение степного агроландшафта с ковылями (Stipa spp.), создание новых охраняемых территорий
Saga pedo степи юга Европейской России и Западной Сибири сохранение степного агроландшафта, создание новых охраняемых территорий
Lucanus cervus степи и лесостепь юга Европейской России сохранение степного агроландшафта с отдельно стоящими старыми деревьями, запрещение любительского коллекционирования
Bombus muscorum луга лесной зоны луговые степи лесостепи сохранение агроландшафта, снижение пастбищных нагрузок
Bombus serrisquama травяные угодья степной зоны сохранение лугов в агроландшафте, снижение пастбищных нагрузок
Bombus argillaceus степи Северной Евразии сохранение степной растительности в агроландшафте, снижение пастбищных нагрузок
Bombus pomorum степи Северной Евразии сохранение степной растительности в агроландшафте, снижение пастбищных нагрузок
Bombus proteus луга лесной зоны и луговые степи лесостепи сохранение луговой растительности в агроландшафте, снижение пастбищных нагрузок
Bombus laesus степи Северной Евразии сохранение степного агроландшафта, создание новых охраняемых территорий
Melliturga clavicornis степи и луга Северной Евразии сохранение фрагментов травяной растительности в агроландшафте, создание экологической сети с включением травяных экосистем
Rophitoides canus grasslands of European Russia andSiberia сохранение фрагментов травяной растительности в агроландшафте, создание экологической сети с включением травяных экосистем
Megachile rotundata степи и луга Северной Евразии сохранение агроландшафта, создание новых охраняемых территорий, разведение в питомниках люцерны (Medicago sativa)
Satanas gigas степи Северной Евразии сохранение степного агроландшафта
Manduca atropos агроландшафты центральной и южной Европейской России сохранение агроландшафта, сокращение использования химических методов сельскохозяйственного производства (особенно в культивировании картофеля)
Utetheisa pulchella агроландшафты центральной и южной Европейской России сохранение агроландшафта, снижение пастбищных нагрузок
Chariclea delphinii луга и степи с Delphinium and Aconitum в Европейской России и Сибири сокращение использования пестицидов и ядохимикатов в аграрном производстве, создание микрозаповедников в агроландшафтах, запрещение любительского коллекционирования
Papillio machaon луга и степи Северной Евразии с Daucus, Achillea, Artemisia and Menta сокращение использования пестицидов и ядохимикатов в аграрном производстве, создание микрозаповедников в агроландшафтах, контроль любительского коллекционирования
Parnassius nordmanni остепненные субальпийские и альпийские луга Северного Кавказа снижение пастбищных нагрузок
Colias aurorina горностепные агроландшафты с Astragalus marschallianus сохранение агроландшафта, снижение пастбищных нагрузок
Neolycaena rhymnus степи Северной Евразии сохранение агроландшафта, снижение пастбищных нагрузок
Zygaena laeta сухие степи Европейской России с Thymus spp., Eringium campestre сохранение агроландшафта, снижение пастбищных нагрузок

Анализ материалов Красных Книг Российской Федерации (растения – 2008, животные – 2001), показывает, что для сохранения большинства представленных видов травяные угодья агроладшафтов степной зоны и горных степей являются типичными местообитаниями. Они хорошо адаптированы к условиям аграрного производства, включаются в функционирование аграрной экосистемы, получают дополнительные (а иногда – и основные) источники питания. Из насекомых отметим шмелей, диких пчёл, бабочек, жуков, в т.ч. очень редких и ценных для хозяйств, требующих участия опылителей. Из млекопитающих – зайца-русака, лисицу, хоря, волка, косулю, сурка, сусликов, крота, слепыша. Из птиц к условиям агроландшафта приспособились куропатки, тетерев, журавли, кулики, дрофа, стрепет, некоторые дневные хищные птицы и совы. Животные грассландов активно используют преимущества соседства с человеком – наличие полей с дополнительным кормом, отсутствие высокотравья, что позволяет быстро заметить опасность, ограничение численности хищников и пр. Например, в последние годы возросло значение грассландов агроландшафтов лесной зоны как мест кормления на пути миграции журавлей и гусей. Разрушение традиционного степного землепользования может привести к утрате значительной части биоразнообразия (Тишков, 2004).

Конечно, можно подождать, пока решиться вопрос о запланированном ещё на 2007-2010 гг. создании заповедников Ставропольский лесостепной, Эльтонский, Барабинский, Шайтан-Тау и национальных парков Сенгилеевские горы и Заволжье (Степаницкий, 2002) и расширят свои территории заповедники Шульган-Таш, Ростовский, Белогорье, Чёрные Земли и др. Но, в сложившейся ситуации эти, по сути, экстенсивные действия не дадут результатов. Главное – «сохранение в процессе использования». Это один из ведущих принципов экосистемного подхода в охране биоразнообразия, декларируемый Конвенцией о биологическом разнообразии.

Перспективы приграничного сотрудничества в территориальной охране степного биоразнообразия России

Выходом из создавшегося положения в отношении территориальной охраны степного биоразнообразия может стать расширение приграничного сотрудничества и создание трансграничных ООПТ России – с Китаем, Монголией, Казахстаном и Украиной (Тишков, 1998). Ещё в1994 г. Россия подписала первое соглашение о совместном управлении трансграничной ООПТ «Даурия», включающей Даурский биосферный государственный заповедник (Россия), особо охраняемую территорию «Монгол Дугуур» (Монголия) и резерват «Озеро Далай» (Китай»). В этом же биогеографическом регионе, в котором сохранились крупные массивы степей, в1991 г. был организован Тункинский национальный парк (Республики Бурятия, 1183700 га). Парк полностью охватывает территорию одноименного административного района Бурятии и отнесён к объектам Всемирного культурного и природного наследия в соответствии с Конвенцией ЮНЕСКО. Обсуждается вопрос создания трансграничной российско-монгольской ООПТ на базе двух национальных парков – Тункинского (Россия) и Хубсугульского (Монголия). Предполагается с российской стороны увеличить территорию парка до Государственной границы за счёт организации охранной зоны парка на территории соседнего Окинского района. Проектное название трансграничного парка – Хубсугульский.

Кроме того, в этом регионе предлагается создание российско-монгольских трансграничных, преимущественно степных и горно-степных ООПТ – Сангиленский, Восточно-Саянский и Селенгинский, под которые ООПТ с обеих сторон границы только проектируются. В состав Хэнтэйской ООПТ предполагается ввести существующий монгольский Хан-Хэнтэйский заповедник и планируемый заповедник (или национальный парк) на юге Читинской области в Красночикойском районе. Основой Ононской ООПТ должен стать существующий российский Сохондинский биосферный заповедник и проектируемый в верховьях р. Онон монгольский заповедник Эрэн-Даба.

Объект Всемирного природного наследия «Золотые горы Алтая», включающий Алтайский государственный заповедник с охранной зоной вокруг Телецкого озера, Катунский заповедник с охранной зоной вокруг горы Белуха и зону покоя Укок также может стать составляющей частью крупной 4-сторонней трансграничной ООПТ России, Казахстана, Китая и Монголии. Именно такой подход к проблеме сохранения степной биоты на Алтае позволит сохранить и горно-степные агроландшафты с разными режимами традиционного природопользования, а значит и наиболее высокий уровень регионального биоразнообразия.

Наконец, очень важно на данном этапе поддержать природоохранные инициативы ЕС в степных регионах России и Казахстана в контексте возможных экологических последствий вступления их в ВТО. Казахстан провел страновую оценку возможных экологических последствий вступления страны в ВТО. Для России это вопрос ближайшего будущего. Важно, что среди возможных негативных эффектов либерализации международного рынка в наших странах прогнозируется увеличение нагрузок на агроландшафт в районах эффективного аграрного производства и расширение здесь площади пашни под сорта экспортно значимой твёрдой пшеницы. Отсюда и прогноз – прямые потери резервов степных земель для развития территориальной охраны степных экосистем и масштабный рост эмиссии углерода, как это наблюдалось при освоении целинных степей России и Казахстана в 1950-1960 гг.

Понятно, что если преимущественно вкладывать международные «экологические деньги» в России в Арктику, леса Сибири и Дальнего Востока, а в других странах СНГ – в горные регионы, и не обращать внимание на сохранение и восстановление травяных, лесных и водно-болотных экосистем аграрных регионов степной зоны, эти уникальные экосистемы, играющие реальную роль в поддержании климата и окружающей среды Евразии и всей биосферы, исчезнут необратимо. Ведь при организации территориальной охраны степей обеспечивается преемственность и эффективность инвестиций в сохранение биоразнообразия в целом в Северной Евразии за счёт объединения восточноевропейских и центральноазиатских проектов по экосетям в единой целое через природный коридор «Восток-Запад» (регионы Молдовы, Украины, юга России и Северного Казахстана).

При инвестировании (через проекты поддержки) сохранения биоразнообразия степей происходит апробация схем таких новых финансовых механизмов, как «компенсация за экосистемные услуги», «долги на природу» (в европейском контекстах) и «прямые взаимодействия в рамках Киотского протокола», в системе финансирования охраны и восстановления природы ключевого региона непрерывной Евразийской экосети. Недаром первые фьючерсные соглашения по Киотскому протоколу в России имели отношение к степным регионам (Мартынов, Тишков, 2002). Конечно, развитие территориальной охраны природы в них может происходить исключительно в сочетании с экологизацией сельского хозяйства. Ведь внедрение идей экологичного аграрного производства в практику формирующегося в настоящее время в России земельного рынка и превентивное развитие системы резервирования земель для территориальной охраны биоразнообразия и формирования на региональных экологических сетей должно содействовать их успешной интеграции в Панъевропейскую экологическую сеть.

Для восстановления непрерывного покрова степной растительности (одного из главных условий «экосетевого подхода» к территориальной охране биоразнообразия), требуется разработка, распространение и внедрение регионально адаптированных схем экологической реставрации нарушенных земель, проведение широкомасштабных экспериментов по стимулированию восстановления растительности на землях, трансформированных добычей полезных ископаемых, чрезмерным выпасом, эрозией, загрязнением, но перспективных для заповедания и включения в региональные экологические сети. Более остро эта проблема стоит для Украины и юга России, но и в некоторых регионах Северного Казахстана она актуальна. Результаты трёх международных симпозиумов, проведённых Институтом степи УрО РАН (Оренбург), показали, что интерес к идеям экологической реставрации растёт во всех степных регионах стран СНГ (Тишков, 2000). Но здесь нужна методическая помощь, обеспечение семенами и посадочным материалом, создание специальных служб (можно и коммерчески обособленных в рамках развития экологически ориентированного бизнеса). Региональные ботанические сады с такой задачей не справятся, а питомников «дикой флоры» ни в России, ни в Казахстане нет. Это касается и питомников «степной фауны» для реинтродукционных мероприятий в рамках экологической реставрации. Нужны стандартные менеджмент-планы по созданию таких питомников. А после создания их сети можно будет начинать широкую национальную компанию по реабилитации нарушенных степных земель.

На международном рынке «экосистемных услуг» и международных экологических денег с учётом глобальных биосферных функций степных экосистем стран СНГ они могут больше выиграть, если будут выступать вместе. В этом случае проявляется эффект географической целостности ареалов экосистем евразийских степей и полупустынь. Оценивая глобальные функции степных экосистем стран СНГ, надо принимать во внимание, что система их охраняемых природных территорий формировалась в течение XX в. как единое целое, имеет много общего и одинаково восприимчива к новым международным финансовым механизмам поддержки. Например, это касается внедрения механизмов, учитывающих объём «экосистемных услуг», оказываемых охраняемыми природными территориями.

Именно такой подход демонстрируют российско-казахстанская и российско-украинская части Программы Европейского Союза ТАСИС, определяющей сотрудничество и поддержку природоохранных проектов в странах Восточной Европы, Кавказа и Средней Азии в 2004-2006 гг. Например, в первой для реализации трансграничных проектов предлагается приграничная полоса России (Волгоградская, Оренбургская и Курганская области и др.) и Казахстана (Северо-Казахстанская, Актюбинская и Кустанайская области и др.). Рассматриваемая в качестве перспективной для реализации Программы трансграничная территория является частью природного относительно безлесного коридора «Восток-Запад», включающего пространства Молдовы, Украины, юга России и Северного Казахстана. Она объединяет восточноевропейские и центральноазиатские лесостепные, степные и полупустынные районы, которые тысячелетия служили торговым путем из Азии в Европу (знаменитый «шёлковый путь»), «глобальным природным пастбищем» для кочевых народов и крупнейшим массивом высокопродуктивных почв – чернозёмов. Они же были многие века ареной масштабных военных действий, что вплоть до XVI-XVII вв. в Европейской части и до XIX-XX вв. в рассматриваемом трансграничном регионе России и Северного Казахстана препятствовало развитию здесь земледелия. Широкое освоение целинных степей под пашню в рассматриваемом регионе привело в середине XX в. к катастрофическому увеличению эмиссии СО2 из-за деструкции углерода почв в процессе распашки. Оно не компенсировалось забросом пашни в годы перестройки (до 10-20% от уровня1991 г. в Российской части и более 20-30% – на Севере Казахстана). Здесь произошло резкое сокращение поголовья коллективного скота (на 50-75%), что не компенсировалось его ростом в частном секторе. При этом частный скот выпасается преимущественно на пастбищах вокруг насёленных пунктов, что привело к их деградации. Переход от коллективного к фермерскому хозяйству в регионе не завершён и не имеет позитивных перспектив в ближайшие годы. В то же время, деградация аграрного производства и традиционного степного агроландшафта приводит к росту бедности сельского населения и повсеместному распространению браконьерства, увеличению нагрузок на биологические ресурсы и биоразнообразие. Развитие системы охраняемых природных территорий в регионе недостаточно, чтобы репрезентативно сохранять биоразнообразие, а тем более – формировать эффективную экологическую сеть.

Относительно сотрудничества в степном приграничьи России и Украины, высоко актуального для обеих стран, имеются конкретные предложения по всему «степному клину» границы (Тишков, 1998), включая Сумскую, Донецкую, Харьковскую и Луганскую – с Украинской, и Ростовскую, Белгородскую и Курскую – с Российской стороны.

Обобщение результатов проведено в рамках гранта РФФИ № 04-05-64611.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Амирханов А.М., Тишков А.А. Национальная стратегия и национальный план действий по сохранению биологического разнообразия в России // Бюлл.: Использование и охрана природных ресурсов России, 1999, №5-6, с. 87-93.

Елизаров А., А. Чибилёв, И. Смелянский, С. Левыкин, А. Тишков, И. Глуховцев. Для степной зоны необходима разработка экологической стратегии // Степной бюллетень, №3-4, 1999, с.19-20.

Исаков Ю.А., Казанская Н.С., Тишков А.А. Зональные закономерности динамики экосистем. М.: Наука, 1986, 145 с.

Красная Книга РСФСР. Растения. М.: Росагропромиздат, 1984, 592 с.

Красная Книга Российской Федерации. Животные. М.: МПР России, РАН, 2001.

Мартынов А.С., Тишков А.А. К Российским инициативам по активизации глобальных финансовых механизмов охраны природы на встрече в Йоханнесбурге – РИО + 10 // Новые финансовые механизмы сохранения биоразнообразия. М., Институт проблем рынка РАН, 2002 , с. 36 – 65.

Морозова О.В. Таксономическое богатство флоры Восточной Европы и факторы её пространственной дифференциации. Автореф. исс. на соискание ученой степени канд. географ. наук, М.: Институт географии РАН, 2004, 28 с.

Проект «Сохранение биоразнообразия» в России заканчивается: что дальше? // Проект ГЭФ «Сохранение биоразнообразия»: что дальше? М.: Изд-во НУМЦ МПР России, 2002, с. 25-69.

Сводный список особо охраняемых природных территорий Российской Федерации. ВНИИ охраны природы, 2001,

Система финансирования охраны живой природы в России. Анализ и базы данных по экологическим проектам. М.: Проект ГЭФ «Сохранение биоразнообразия», 2002, 150 с.

Степаницкий В.Б. Предложения к государственной стратегии по развитию системы государственных природных заповедников и национальных парков в Российской Федерации до 2015 года. М.: 2002, 32 с.

Стратегия сохранения степей России: позиция неправительственных организаций. — М.: Изд-во Центра охраны дикой природы, 2006. — 36 с., ил.

Тишков А.А. Перспективы развития сети пограничных охраняемых природных территорий (ОПТ) России // Заповедное дело. 1998. Вып.3, с.108-113.

Тишков А.А. Экологическая реставрация нарушенных степных экосистем // Вопросы степеведения, Оренбург, Институт степи УО РАН, 2000, с. 47-62.

Тишков А.А. Приоритеты сохранения биоразнообразия степей // Агроэкологический вестник Представительства Всемирного союза охраны природы для СНГ, №7 декабрь, 2003, с. 3-9.

Тишков А.А. Полуприродные травяные экосистемы степного агроландшафта как ценные объекты территориальной охраны биоразнообразия // Природное наследие России: изучение, мониторинг, охрана. Мат-лы международной конференции. Тольятти, ИЭВБ РАН, 2004, 270-272 с.

Чибилёв А.А. Современные проблемы степеведения // Вопросы степеведения, Институт степи УО РАН, 2000, с.5-8.

Чибилёв А.А. Степи Северной Евразии (эколого-географический очерк и библиография). Екатеринбург, УРО РАН, 1998, 190 с.

Чибилёв А.А. Степи Евразии: взгляд из Оренбурга // Степи Евразии. Эталонные ландшафты: проблемы охраны, экологической реставрации и использования. Мат-лы Ш международного симпозиума. Оренбург ИПК «Газпромпечать», 2003, с.23-30.

11.03.2011
© А.А. Тишков, 2011 г.


  • Блакберн Андрей:

    Что Вы думаете по поводу создания на базе регионального ландшафтного парка (РЛП) “Донецкий кряж” (Донецкая область, Украина) одноименного украинско-российского биосферного заповедника на сопредельной территории Донецкой, Луганской (Украина) и Ростовской (РФ) областей?
    Об этом говорилось в Законе Украины “Об общегосударственной Программе создания национальной экологической сети Украины на 2000 – 2015 годы” (Ведомости ВРУ, 2000, № 47. – С.954-977), где предусматривается создание этого БЗ на общей площади в 16000 га до 2012 года (!).
    Время уже пришло, а воз и ныне там…
    Мы ((я – доцент кафедры прикладной экологии Донецкого нац. тех.университета (ДонНТУ), сотрудники и преподаватели Донецкого ботанического сада, биофака Донецкого нац. университета) хотели бы инициировать этот вопрос, но нам не хватает поддержки (прежде всего информационной и моральной) со стороны России.

    Ждем Ваших предложений.

  • Илья Смелянский:

    Андрей, это было бы очень хорошо, создать такой трансграничный резерват. Но чтобы получить поддержку в России придется приложить усилия, очень немаленькие, потому что с российской стороны таких официальных государственных планов нет. А значит придется преодолевать еще большую инерцию. Быстрого решения тут не будет.
    Видимо для начала нужно хотя бы вернуть проблему в круг обсуждаемых в профессиональном сообществе. Могу предложить со своей стороны: попробуйте написать об этом в Степном Бюллетене? Если напишете мне на steppe.bull@gmail.com , обсудим детали. Ну и другие возможные шаги.

  • yazula:

    Андрей, здравствуйте!

    Вам ответили на сайте “Сохранение степей России”. См. http://savesteppe.org/archives/6404

    С уважением,
    Администратор сайта





Наверх
538 просмотров


Степной Бюллетень
Актуальная тема: Правовая защита степных экосистем вне ООПТ
Фотоальбом

Новости

11.10.2017

Еще 16 лошадей из Венгрии выпустили в заповедник «Оренбургский»

Перевозка лошадей Пржевальского из Венгрии. Фото с сайта ФГУП ВГТРК ГТРК «Оренбург»

Сегодня в заповедник «Оренбургский» прибыли еще 16 лошадей Пржевальского из национального парка «Хортобадь», Венгрия. Третий завоз чистокровных диких лошадей Пржевальского в Россию произошел в рамках Программы создания полувольной популяции этих животных в заповеднике «Оренбургский».

Создание трансграничных резерватов «Силхэм-Сайлюгем» и «Тунка-Хубсугул» и вопросы сотрудничества обсудили в Монголии

Тункинский нацпарк. Фото Елены Чумак

5 по 6 октября в Улан-Баторе состоялось Седьмое заседание Смешанной российско-монгольской комиссии по вопросам охраны окружающей среды. Среди широкого спектра совместных вопросов – тема развития российско-монгольской трансграничной сети особо охраняемых природных территорий. Создание биосферного резервата «Силхэм-Сайлюгем» и «Тунка-Хубсугул» обсуждается с 2015 года.

20.09.2017

Предположения об обитании манула в Северном Прибалхашье подтверждаются: новости из полей

Манул. Гора Кумадыр, Северное Прибалхашье, Восточно-Казахстанская область, Казахстан. Кадр с фотоловушки © ООО «Сибэкоцентр»

В настоящее время проводятся полевые исследования в рамках работы по изучению численности и распространения манула в Казахстане. Исследовательская группа, в состав которой вошли сотрудники ООО «Сибэкоцентр» и волонтер РОО «Казахстанская ассоциация сохранения биоразнообразия», выехала из Новосибирска 11 сентября 2017 г.

Все новости

Новости Степного проекта ПРООН/ГЭФ

Библиотека
Сайгак и его соседи

Сайгак и его соседи: как решить «степные задачки» зверям, птицам и людям?

Из книги можно узнать о том, как живут, ведут себя звери и птицы – степняки: степной хорь, суслики, тушканчики, степной орёл, стрепет, журавль красавка и некоторые другие. Особое внимание уделено сайгаку и его трагической судьбе, проблемам и путям его сохранения: единственная в России популяция вида находится под угрозой уничтожения, к 2016 году она насчитывала не более 5 тысяч особей.

Все документы

Все публикации

Анонсы новых книг