Территориальная охрана пернатых хищников и природопользование (Волго-Уральский регион) | № 3-4 зима-весна 1999 | Степной Бюллетень 
ISSN 1726-2860
(печатная версия ISSN 1684-8438)

Содержание номера

№ 3-4 зима-весна 1999

СтратегияВосстановление степейОптимизация природопользованияСтепи под охранойЗаконодательствоСобытия и фактыРедкие виды и сообществаИстория природопользованияКонвенция по опустыниваниюНовые книги ОрганизацииОбъявленияИменаВыходные данные журнала

Редкие виды и сообщества

Территориальная охрана пернатых хищников и природопользование (Волго-Уральский регион)

И.В. Карякин (Центр полевых исследований Союза охраны животных Урала, Пермь)

(Продолжение. Начало в СБ № 2, 1998)

Особенности территориальной охраны пернатых хищников

Из кратких повидовых очерков (см. СБ № 2) видно, что в основе всех причин сокращения численности видов лежит хозяйственное освоение их биотопов. Некоторые виды могут вымереть именно потому, что неспособны адаптироваться к освоению человеком их местообитаний (например, балобан).

Адаптируется ли вид к изменению его коренных местообитаний зависит от того, сохранится или нет в данном природном районе крупная аборигенная жизнеспособная группировка вида (ядро популяции). Такое ядро способно не только поддерживать себя в течение долгого времени, но и воспроизводит некий резерв особей, которые в дальнейшем будут расселяться на сопредельные территории в процессе “выдавливания” из ядра “лишних” особей, которые и заселяют хозяйственно освоенные территории.

Таким образом, чтобы сохранить вид в отдельно взятом природном районе, надо сохранить здесь ядро аборигенной группировки вида. Чтобы сохранить вид в пределах целого биома, требуется сохранить некую сеть “популяционных ядер”, которые собственно и обеспечивают существование вида.

В целом, данное положение актуально для слабонарушенных территорий. Однако, в степной и лесостепной зонах в центре России вряд ли удастся найти достаточно крупную территорию, где нарушено менее чем 50% территории. Даже если распахано и меньше, на значительно большей площади действует целый комплекс антропогенных факторов, прежде всего связанных с различными аспектами сельскохозяйственного освоения территории. Все они как-то (негативно или позитивно) сказываются на фауне пернатых хищников, что влечет за собой структурные изменения фаунистического комплекса, а следовательно и ряд иных изменений.

Вначале антропогенная трансформация территории действует на пернатых хищников опосредованно – через их жертв. На начальных этапах освоение территории может сказываться даже благоприятно, приводя к росту численности хищников и увеличению плотности их на гнездовании, что обеспечивается ростом кормовой базы (массовых видов грызунов и воробьиных) и увеличением ее доступности. Очевидно, существует такой оптимум влияния хозяйственной деятельности человека на местообитания пернатых хищников, при котором плотность популяций этих птиц длительное время поддерживается на максимально высоком уровне. При превышении этого оптимума происходит деградация местообитаний и, соответственно, популяций пернатых хищников.

В первую очередь, деградирует растительность, затем консументы низших порядков и, в конце концов, процесс разрушения доходит до пернатых хищников, занимающих вершину экологической пирамиды.

Так, умеренный выпас лошадей (и в меньшей степени КРС) необходим для нормального существования степи. Помимо прочего, он приводит к разреживанию растительности, что способствует росту численности степной гадюки. В свою очередь, при высокой численности гадюка становится более доступной для змееяда. Что и ведет к концентрации змееяда на таких участках. Перевыпас же вызывает деградацию как степной растительности, так и популяции гадюки, что немедленно отражается на змееяде, вплоть до полного его исчезновения при значительном нарушении степи.

Структура популяций хищников в неосвоенном ландшафте выглядит более или менее уравновешенной: гнездовые участки птиц равномерно распределены по однотипной территории и имеют большую площадь. В результате хозяйственного освоения ландшафта наблюдаются сдвиги в структуре популяций пернатых хищников – сначала положительные, при дальнейшем освоении – отрицательные. Положительные сдвиги наблюдаются при некотором “оптимальном” освоении. Такие территории характеризуются более плотным гнездованием пар на осваиваемых участках, повышением успеха размножения. Отрицательные сдвиги, наблюдаются при превышении порогового значения “оптимума” освоения территории. Популяционная структура становится дисперсной, появляются разрывы между гнездовыми группировками, неравномерно распространенными по гнездопригодным биотопам в однотипном ландшафте. Снижается успех размножения.

При сильном превышении пороговых значений “оптимума” освоения территории намечается тенденция смены видового состава фауны. В популяциях пернатых хищников происходит выпадение наиболее уязвимых видов. К таковым относятся, в первую очередь, различные стенобионты, имеющие узкую пищевую и/или гнездовую специализацию (скопа, змееяд) либо привязанность к специфическим гнездовым биотопам (сапсан). Дальнейшее освоение территории приводит к смене биоты в разных экологических группах видов и резкому увеличению численности синантропов, что открывает возможности для вселения ряда видов пернатых хищников, не типичных для данной территории. Отчасти, они экологически близки к исчезнувшим видам. Однако, их роль в сообществе становится несколько иной.

Так, на лесных территориях Зилаирского плато (Башкирия) или Самарской Луки (Самарская область) аборигенным видом был беркут. Сплошные рубки леса и выпас скота на вырубках привели к деградации его популяций. Это, наряду с кампанией по истреблению хищных птиц, привело к исчезновению беркута с обширных территорий. В дальнейшем, во вновь образовавшийся лесостепной ландшафт стали проникать виды степной фауны – заяц-русак, суслики, серая куропатка, наметилась концентрация грачей и галок. Таким образом, на ранее лесной территории образовался целый комплекс лесостепных видов. Это открыло возможности для вселения могильника, который стал активно распространяться на фоне выпадения из фаунистического комплекса беркута (более сильного хищника), занимая экологическую нишу последнего. Специализируясь на врановых и сусликах, могильник достиг численности в 2 – 4 раза превышающей ту, которая была характерна здесь ранее для беркута.

Сильно освоенная территория с пернатыми хищниками, адаптировавшимися к обитанию в освоенном ландшафте, не менее ценна, чем естественная территория с полным набором аборигенных видов. Ибо хищники, обитающие в преобразованном ландшафте, несут огромный запас адаптационных способностей, которые являются основой выживания их популяций.

Таким образом, с одинаковой тщательностью сохранять надо и аборигенные, и антропогенные гнездовые группировки (особенно имеющие высокую плотность). При достаточном количестве тех и других гнездовых группировок вида, в результате резких перемен в антропогенном прессе на территории, на огромных площадях происходит естественное замещение одних группировок другими.

Иногда однотипное освоение затрагивает огромную территорию, где начинают доминировать антропогенные группировки видов, узко адаптированные к данному виду хозяйственного использования угодий. При этом процесс деградации аборигенных группировок становится необратимым, и они вымирают. В таком случае возникает реальная опасность, что вид будет потерян на данной территории, если режим хозяйственного использования изменится или оно просто значительно ослабнет (тем более прекратится). Это связано со своего рода “стенобионтностью” антропогенных группировок. Поэтому предпочтительно чередование в ландшафте антропогенных и аборигенных группировок, что может быть достигнуто мозаичностью освоения ландшафта (а вернее, сохранением островов дикой природы).

Так, на территории Веслянской низменности (Пермская область) в период активного сведения лесов сплошными рубками, проводимыми ИТУ МВД РФ, была в корне подорвана аборигенная популяция беркута, гнездившаяся на крупных соснах по периферии верховых сфагновых болот. В результате рубок гнездопригодность территории резко снизилась. Но увеличение площади открытых пространств и рост численности основных объектов питания (зайца-беляка и тетерева) на данной территории создали для беркута хорошие кормодобывающие условия. В течение нескольких десятилетий выжившие здесь орлы приспособились к гнездованию на дощатых платформах геодезических вышек, в массе появлявшихся по мере сведения лесов. Субстрат определил особенности архитектуры гнезд, значительно отличающиеся от тех, которыми характеризовались гнезда на деревьях. Гнезда, устроенные на дощатых платформах, имели вид плоской, просвечивающей и рыхлой кучи веток. В результате беркуты утратили навык гнездования на деревьях. В настоящее время “срок годности” вышек истек и они стали падать. Это сопровождается резким сокращением численности беркута, что вызвано неспособностью данной популяции перейти в массе к гнездованию на деревьях.

Есть один момент, который следует учитывать, организуя территориальную охрану антропогенных гнездовых группировок пернатых хищников. Такие группировки очень уязвимы, поскольку система их экологических связей базируется на 1-2 видах хозяйственной деятельности человека, обеспечивающей им все условия к благополучному существованию (наличие кормовой базы, ее доступность, гнездопригодность территории и т.п.). Прекращение хозяйственной деятельности ведет к разрушению этих связей и сложившиеся популяции как пернатых хищников, так и других видов сложившегося фаунистического комплекса деградируют, вплоть до полного исчезновения с территории.

Например, на Зилаирском плато (Башкирия) с усилением рубок и оттеснением беркута на север, за пределы зоны хозяйственного освоения территории, в освоенную зону проник орел-могильник. Он концентрировался близ летних лагерей скота, обеспечивающих его кормовую базу на данной территории. Однако, в последние годы, в связи с сокращением поголовья, многие летние лагеря скота были ликвидированы, выпас прекратился. Это привело к оскудению кормовой базы, снижению ее доступности и сейчас могильник снова исчезает с Зилаирского плато.

Аналог описанной выше ситуации для степных районов – динамика популяции курганника горно-степных районов Башкирии и Оренбургской области. В свое время, освоение горных степей привело к расширению ареала степной пеструшки, концентрирующейся близ летних лагерей скота и на выбитых пастбищах. Вслед за ней проник курганник, нашедший здесь прекрасные условия для гнездования и кормежки. Он также стал гнездиться в пределах видимости летних лагерей скота. Резкое сокращение выпаса и ликвидация многих лагерей скота привели к сокращению численности курганника на больших территориях в Башкирии и Оренбургской области, в том числе – в Оренбургском заповеднике (Чибилев, 1997).

Опыт показывает, что запретив хозяйственную деятельность человека на какой-либо локальной площади, можно разрушить сложившийся антропогенный комплекс видов. Но восстановить аборигенный комплекс видов, характерный для данной территории до ее хозяйственного освоения, вряд ли удастся. Пока нам не известны такие случаи. По мнению многих специалистов, смена фаунистического комплекса для локальных территорий, утрачивающих функциональные связи между собой, необратима, так как приводит к изоляции территории и затрагивает все экологические группы видов, учесть которые человек не в состоянии, восстанавливая экосистему.

Так, Самарская Лука (Самарская область) изолирована от ближайших лесных территорий волжскими водохранилищами, кольцом крупных городов (Самаро-Тольяттинская агломерация) и обширными степными пространствами. Выпадение беркута из фаунистического комплекса на фоне интенсивного освоения территории привело к вселению сюда могильника. После сокращения выпаса он исчез в лесной части Луки. Таким образом, лесная территория Самарской Луки потеряла оба вида крупных орлов. Восстановление беркута остается маловероятным, в связи с тем, что граница его распространения отодвинулась на многие километры к северу, кормовая база этого орла здесь в корне подорвана (вымер глухарь, сокращается численность тетерева и беляка). Восстановление же могильника возможно лишь при возобновлении выпаса и устройстве летних лагерей скота в глубине леса, так как только эта мера способна вернуть на данную территорию кормовую базу этого хищника (хомяк, крыса, врановые).

Таким образом, территориальная охрана не только пернатых хищников, но и природных комплексов в целом, является делом довольно тонким. Следует детально продумывать режим резерватов, исходя из понятий “оптимума” освоения, и всегда стоит помнить, что имеющееся разрушить легче, чем восстановить его, а тем более вернуть прошлое.

Контакт:

Игорь Карякин. Союз охраны животных Урала. 614066 Пермь, ул. Баумана, д.21-а, кв.69.

Тел.: (3422) 27 33 70. E-mail: wildlife@pi.ccl.ru






Наверх
132 просмотров



Сибирский экологический центр
Центр охраны дикой природы
Проект ПРООН/ГЭФ по степным ООПТ России
Казахстанская ассоциация сохранения биоразнообразия
Об издании

Популярное
ПРООН ГЭФ Минприроды России