Последствия аграрного освоения степей Сибири | № 3-4 зима-весна 1999 | Степной Бюллетень 
ISSN 1726-2860
(печатная версия ISSN 1684-8438)

Содержание номера

№ 3-4 зима-весна 1999

СтратегияВосстановление степейОптимизация природопользованияСтепи под охранойЗаконодательствоСобытия и фактыРедкие виды и сообществаИстория природопользованияКонвенция по опустыниваниюНовые книги ОрганизацииОбъявленияИменаВыходные данные журнала

Оптимизация природопользования

Последствия аграрного освоения степей Сибири

А.И. Южаков (Сибирский НИИ земледелия и химизации СО РАСХН, Новосибирск)

Основной ландшафтообразующий компонент степи – травянистая ксерофитная растительность. Рассматривая экологические проблемы степи, следует говорить о надежности воспроизводства именно данного компонента. Основным негативным процессом, развивающимся в степях, является опустынивание. Под этим термином будем понимать:
1) снижение продуктивности;
2) увеличение обнаженности поверхности земли;
3) снижение надежности воспроизводства степных экосистем.

В течение тысячелетий северное окаймление великих евроазиатских степей использовалось, в основном, в пастбищном режиме племенами кочевников, сменяющими друг друга в процессе взаимодействия этносов. Южнее, в центральной Азии, их деятельность привела к расширению зоны пустынь, поэтому в XVIII-XIX веках северные степи стали объектом регулярного пастбищного хозяйства. Этот режим использования является наиболее близким к естественной трофической организации степных экосистем, основу которой составляют пастбищные трофические цепи: травянистая растительность – травоядные млекопитающие. В виде пастбищ, при умеренном антропогенном прессинге, степные ландшафты могли бы существовать неопределенно долго.

Правда, выпас овец увеличивает нагрузку на пастбища, сравнительно с природными трофическими связями. Дело в том, что овцы, в обычной их товарной концентрации, не являются естественными компонентами экосистем степей. Они скусывают растения на уровне корневых шеек и ниже, а острые копыта могут быстро сбивать дернину или превращать поверхность пастбища в неустойчивую смесь растительных остатков, мелкозема и пыли. Например, перегрузка пастбищ Забайкалья, вызванная перевыпасом овец, стала причиной массового развития ветровой и, особенно, водной эрозии, достигших во второй половине 80-х годов катастрофических размеров. Однако, при умеренных нагрузках и грамотном пастбищеобороте даже товарное овцеводство могло бы существовать в азиатских степях неопределенно долго.

Основным ударом по устойчивости степей стала распашка целины в 50-х годах текущего столетия. Степень распашки колебалась от 40 до 80% общей поверхности земли и этим актом были подорваны основные природные связи, обеспечивающие стабильность степных экосистем.

Второй удар был нанесен, может быть более постепенно, но с неменьшими последствиями для природы степей. Речь идет о сопряженном с зерновым производством, неконтролируемом и необоснованном по масштабам, развитии скотоводства, причем стандартного мясомолочного направления. Оно было предпринято для формирования занятости пришедшего на целину населения, а приоритетное развитие производственной инфрастуктуры степных сел объявлялось задачей политической и, естественно, научное обоснование этой хозяйственной политики игнорировалось.

В результате, ландшафты степей понесли тяжкий экологический урон. Показателен пример Западной Сибири. Занятые под пашню дренированные участки степи стали объектом деградации почв и ветровой эрозии. Сопряженные процессы окисления органики в недавно распаханных почвах и дефляционного удаления мелкозема привели к тому, что исходное содержание гумуса в почвах Кулунды (Алтайский край, Новосибирская обл.) снизилось с 4-6% до 1,5-2%. Распашка дренированных территорий вытеснила расширяющееся поголовье скота на влажные засоленные луга приозерных понижений.

По атмосферному увлажнению эта территория соответствует классической степи, но фактическое увлажнение межгривных понижений существенно выше, из-за повсеместного участия грунтовых вод. Здесь природная растительность, изредка сохранившаяся на гривах, примерно соответствует растительности дренированной северной степи, но основная территория, до 50% поверхности, занята пониженными элементами рельефа, в сильной степени засоленными. Механический состав почв, как правило, тяжелый, что усиливает негативные последствия процессов засоления. Естественная растительность влажных засоленных лугов представлена злаково-разнотравными ассоциациями солевыносливых растений. Из злаков здесь широко представлены бескильницы, лисохвосты, вейники, из солевыносливого разнотравья – скерда золотистая, кермек, полыни и на наиболее засоленных местах – маревые (солянки, шведки, солерос и т.п.). Специфика растительности засоленных лугов состоит в том, что существуют два вида растительности, способной существовать здесь неопределенно долго. В заповедном режиме при хорошем увлажнении территорию постепенно занимают солевыносливые злаки (бескильницы и лисохвост), формирующие дернину. Злаковое сообщество оказывается в состоянии обеспечить себя более пресной водой за счет атмосферных осадков. Но дернина этих растений неустойчива к пастбищным нагрузкам и под воздействием копыт на влажной вязкой почве быстро разрушается, почва уплотняется, соли поднимаются на поверхность и злаковая растительность гибнет, сменяясь солянками и обнаженными участками злостных солончаков. Сообщества галофитных маревых – и есть второй устойчивый тип растительности луговых солончаков.

В настоящее время, процесс деградации луговых солончаков под влиянием неконтролируемой пастьбы захватил огромные пространства, резко ухудшая продуктивность и устойчивость агроландшафта. Снижается также качество среды обитания. Выход, вероятно, состоит в резком уменьшении антропогенных нагрузок: необходимо прекратить выпас на влажных лугах, используя их как сенокосы, заменить пастбищное содержание скота на кормление с подвозом. Ясно, что эти меры сопряжены с дополнительными расходами, поэтому конкурентоспособность территории в выращивании универсальных пород скота, как это было ранее, резко снижается. Имеются перспективы для производства специализированных мясных пород.

Проблема устойчивости степных озер также заслуживает особого обсуждения. То, что в понижениях длительно сохраняется водная поверхность в условиях, когда испарение превышает осадки, означает существование природного механизма поддержания влагооборота в степи. Без этого влагооборота степные озера давно были бы обречены на высыхание, а в то же время они являются существеннейшим компонентом ландшафта южного окаймления Западно-Сибирской низменности. Они, как правило, существуют в блюдцеобразных понижениях, относительно правильной овальной формы. Многие из них имеют пресную воду, но при движении на юг доля засоленных степных озер возрастает. Стабильное существование степных озер возможно лишь при условии, что часть осадков быстро проникает через почвенную толщу в грунтовые воды. Это возможно весной, при таянии снегов, либо во время летнего пика дождей. В почвенных толщах над водоупором эти осадки собираются с территории подземными токами в озерные понижения, где открываются ключами, подпитывая озера.

Таким образом, доля водной поверхности в степных ландшафтах определяется соотношением количества осадков и испаряемости, а также водопроницаемости грунтов. Вот это фундаментальное свойство водопроницаемости на окружающих озера гривах нарушается при антропогенном прессе.

Уже упоминалось о процессах окисления органики и дефляционного разрушения поверхности почв. Эти процессы стимулируют распыление почвенных агрегатов, а распыленная поверхность вызывает при смачивании “замазывание” почвенных пор и переводит водоток из вертикального в боковой – по поверхности почвы. Поверхностный сток вызывает, с одной стороны, водную эрозию, с другой – повышенную (вероятно, на порядок) весеннюю испаряемость вод. В результате разрывается круговорот воды приозерных котловин и степные озера погибают, обнажая засоленное дно. Высохшая соль включается в общий эрозионный пылеперенос – обычно на северо-восток, в соответствии с розой ветров.

Еще одно обстоятельство. По идее, степь ранней весной при сходе снега представляет собой белесую поверхность, покрытую еще не пробудившейся дерниной, ветошью и опадом трав с пониженным уровнем альбедо. Все это пропитывается талым снегом, вызывая при умеренном промерзании грунтов быстрое оттаивание и промачивание почвенной толщи и формирование почвенных влагозапасов.

Обнаженная поверхность пашни работает в совершенно другом режиме. Прежде всего, значительная часть твердых осадков с повышенных участков пашни сдувается в понижения, либо вообще перегоняется с территории. Оставшийся снег заметно “зачерняется” мелкоземом, который зимняя дефляция переносит как на пашни, так и на соседние нераспаханные участки. Весной эта зачерненная поверхность, нагреваясь гораздо быстрее чем целинная степь, обнажается на одну-две недели раньше и теряет влагу от пересыхания. Обычно, когда степные поля готовы к боронованию, заповедная степь еще полна воды и тающего снега.

Уничтожение природной растительности на пастбищах при третьей-четвертой стадии дигрессии, а именно до такого состояния было доведено большинство степных пастбищ Сибири, также не в состоянии обеспечить нормальный влагооборот, поскольку физические свойства сбитых пастбищ немногим лучше, чем обнаженная обработками пашня.

Общим следствием неадекватной антропогенной нагрузки на степные экосистемы являются нарушение сложившегося энерго-массооборота, в том числе влагооборота, снижение продуктивности преобразованных экосистем, увеличение степени обнаженности поверхности земли и, как следствие, общие проявления опустынивания территории. Пока не ясно, насколько необратимы эти изменения, но очевидно, что без осознанной стратегии равновесного природопользования, без дополнительных усилий на воссоздание нарушенных экосистем стабильность степных ландшафтов не может быть обеспечена.

Контакт:
Южаков Александр Иванович, д.с.-х.н., зав. лаб. природопользования
и моделирования Сибирского НИИ земледелия и химизации СО РАСХН.
633128 Краснообск Новосибирской обл., Институт химизации СО РАСХН.
Тел.: (3832) 48 34 52, 48 00 49.






Наверх
291 просмотров



Сибирский экологический центр
Центр охраны дикой природы
Проект ПРООН/ГЭФ по степным ООПТ России
Казахстанская ассоциация сохранения биоразнообразия
Об издании

Популярное
ПРООН ГЭФ Минприроды России