Социально-политические изменения и природопользование в тувинских степях | № 6 зима 2000 | Степной Бюллетень 
ISSN 1726-2860
(печатная версия ISSN 1684-8438)

Содержание номера

№ 6 зима 2000

От редакции Саранча и степиСитуацияВосстановление степейОптимизация природопользованияРедкие видыИменаОбъявленияЗаконодательствоСобытия и фактыНовостиНовые книги Выходные данные журнала

Оптимизация природопользования

Социально-политические изменения и природопользование в тувинских степях

Анна Самбуу (Тувинский институт комплексного освоения природных ресурсов, Убсунурский международный центр, Кызыл)

До 1991 г. в Туве существовали крупные коллективные скотоводческие хозяйства. При этом было плановое использование пастбищ: определялись и контролировались сроки сезонных перегонов скота с одного пастбища на другое, допустимое поголовье.

Плановая система пастбищеоборотов поддерживала традиционный для тувинцев ритм использования пастбищ с четырьмя сезонными перекочевками. Выделялись летнее, осеннее, зимнее и весеннее пастбища. Летом выпасали в островных высокогорных степях (на Танну-Ола, Сангилене) и на подгорных равнинах, зимой – на бэлях (предгорных уступах) с южных макросклонов хребтов, весной и осенью – на открытых степных равнинах вдоль границы с Монголией, причем обычным было свободное пересечение границы и выпас на территории МНР. Вплоть до 90-х годов этой ротации пастбищ было достаточно для восстановления растительного покрова. Коллективный (совхозный, колхозный) скот распределялся между работниками, которые непосредственно его пасли, осуществляли уход и т.д. Таким образом, даже в период коллективного хозяйства тувинское скотоводство продолжало оставаться, в сущности семейным.

В пределах каждой из сезонных территорий выпас был организован размещением источников воды. Помимо естественных водотоков и пресных озер была создана широкая сеть насосных колодцев, что позволяло осваивать и удаленные от открытой воды участки. Стоянка устраивалась у источника, и скот каждый день перемещался от нее на то или иное пастбище, возвращаясь на ночь к стоянке. При этом за сезон у источника растительность выбивалась (тырло, местное название «суггат»), а пастбища вокруг стоянки стравливались в различной степени, чем дальше, тем слабее. Наиболее тесно располагались стоянки на летних пастбищах, где высокогорные луговые степи способны поддерживать большую плотность скота. На весенних и осенних пастбищах стоянки располагались дальше друг от друга, так что между ними оставались «дыры», где выпаса практически не было вообще.

Аборигенный тувинский скот всю зиму держался на подножном корме, добывая его из-под неглубокого снега. В 70-80-е гг. в Туву было завезено большое количество породистого скота из других регионов (Средней Азии и др.). Он нуждался в стойловом содержании зимой, поэтому сформировалась сеть ферм, система заготовки зимних кормов. При этом в Убсунурской котловине сено заготавливали отчасти на подгорных равнинах, отчасти завозили из Тандынского и Улуг-Хемского районов, где его накашивали в луговых степях.

Плановое хозяйство было ориентировано на преимущественное разведение овец. Однако для тувинского хозяйства характерно большое разнообразие видов скота. Помимо общих для всей степной зоны КРС, овец, коз и лошадей, оно включает верблюдов и яков. При этом отдельная семья, как правило, держала совхозный гурт только одного вида скота. По крайней мере в 80-х гг. общее поголовье существенно не росло.

Значительные площади были распаханы. Даже в сильно засушливой Убсунурской котловине их доля доходила до 1/3 общей территории.

После 1991 г. колхозы и совхозы стали преобразовываться в аратские хозяйства, единоличные либо объединяющие несколько семей. При этом скот делили между бывшими работниками совхозов соответственно стажу. К 1995 г. окончательно развалилась инфраструктура: линии электропередач были отключены за неуплату и затем растащены на цветные металлы; насосные колодцы, соответственно, перестали работать и также пришли в негодность; зимние стоянки скота и фермы разрушены и разграблены.

После раздела коллективных хозяйств началось имущественное расслоение аратов. Возник слой богатых аратов, имеющих в среднем более 1500 голов МРС и более 100 голов КРС (для Хемчикских районов эти цифры выше в 2-3 раза). Часто это чиновники районной (кожуунной) администрации. Свой скот они раздают для содержания средним аратам, владеющим небольшим количеством собственного скота. Кроме того, есть семьи, вовсе не имеющие скота или владеющие 1-2 головами КРС. Получить сколько-нибудь точные данные о поголовье и принадлежности скота оказалось невозможно. Сельскохозяйственная статистика по скоту не собирается в последние годы, а сами чабаны при опросах сильно занижают поголовье и скрывают сведения об истинных хозяевах скота.

Появился новый важный фактор – угоны скота в Монголию. Косвенной причиной их стало распоряжение правительства МНР о повышении поголовья скота. Начиная с 1996 года, монгольские пастухи стали тщательно беречь собственный скот, избегают даже забивать его для своих нужд. В то же время граница РФ и МНР практически прозрачна для монголов, так как российские пограничники физически не имеют возможности контролировать ее пересечение из-за катастрофического положения со снабжением погранзастав. При этом монгольские пограничники оснащены нормально, и тувинцы, разыскивающие угнанный через границу скот, вынуждены оформлять множество документов. За это время поиск скота теряет всякий смысл. Многократные российско-монгольские консультации результатов пока не принесли. Важность скотокрадства нельзя недооценивать, поскольку оно привело к фактическому изменению структуры кочевок. Опасаясь краж, тувинцы перестали использовать традиционные летние и осенние пастбища вдоль границы с Монголией. В этих местах степь существует сейчас в режиме, близком к заповедному, так как не используется ни тувинскими, ни монгольскими скотоводами.

С 1993 по 1996 г. резко упало поголовье скота, причем без различия – КРС и МРС одинаково. Вследствие разрушения инфраструктуры (особенно исчезновения колодцев на водоразделах), нехватки транспорта и ГСМ и угонов скота, большая часть чабанов оказалась не в состоянии поддерживать нормальный ритм кочевания. Скот остается на одном и том же пастбище по 2-3 сезона, а то и круглогодично (например, вокруг Эрзина). Таким образом, несмотря на снижение общего поголовья к 1996 г., нагрузка на пастбища выросла. Прежде всего, эта ситуация характерна для поймы р. Тэс-Хем. Также выросла нагрузка на высокогорные степи хребта Сангилен, куда переместились летники с монгольской границы.

После 1996 г. начался рост поголовья скота в частном владении. Видимо, сейчас оно достигло величины порядка половины от общего поголовья 1991 года. Параллельно росту поголовья возрастает площадь пастбищ, испытывающих перевыпас.

С 1990 г. неуклонно сокращается площадь пашни. После 1995 г. она фактически исчезла. Соответственно, до трети территории Убсунурской котловины занято сейчас разновозрастными залежами, на которых восстанавливается степная растительность. Залежи почти не используются под выпас из-за удаленности от источников воды.

По нашим наблюдениям, перевыпас в сухих степях Убсунурской котловины приводит к уменьшению видового богатства растительности с более 40 до 10-12 видов, снижению проективного покрытия с 70-80 до 30-40%. Количество доминантов падает до 1-2 видов, чаще всего это полынь холодная (Artemisia frigida) и змеевка (Cleistogenes squarrosa). Перегруженные пастбища Тувы пока еще сохраняют хорошие шансы на восстановление в случае снятия излишней нагрузки. Характерно, что продукция подземных органов растений на перевыпасенных пастбищах остается высокой. То есть растения располагают запасом питательных веществ и структурой корневой системы, необходимыми для быстрого отрастания при появлении благоприятных условий. Пример такого восстановления можно видеть сейчас на участке Чоогей, где поголовье скота упало с 12 000 в 1994-1995 гг. до 1500 голов. За прошедшие годы общее количество видов растений выросло здесь до 40, число доминантов – до пяти (Stipa krylovii, Agropyron cristatum, Koeleria cristata, Festuca ovina, Potentilla acaulis).

Общей мерой для восстановления степей здесь может быть просто возврат к прежнему режиму кочевок со сменой четырех пастбищ в год. Наиболее пострадавшие участки (такие как пойма Тес-Хема) уже сейчас нуждаются в выводе из пастбищного использования на 2-3 года либо, как минимум, снижении нагрузки на 50%.

Контакт:
Самбуу Анна Доржуевна.
Убсунурский международный центр биосферных исследований.
667000 Кызыл, а/я 107.
Тел.: (39422) 37 147, 37 160.
E-mail:Root@bugrovsk.umc.su,
sambuu@ecoclub.nsu.ru


Карта-схема республики Тыва


Справка о Туве

Республика Тыва (Тува) находится в центре Азии и занимает площадь 170,5 тыс. кв.км. Для Тувы характерно разнообразие рельефа и растительного покрова. Всю северо-восточную часть Тувы занимает нагорье, покрытое тайгой с массой озер ограниченное на севере Западным (2504 м н.у.м.) и Восточным Саяном (2892, 3044 м н.у.м.), на юге хребтом Таскыл (2615 м н.у.м.) и хребтом Обручева (2895 м н.у.м.). Именно отсюда берет начало р. Бол. Енисей. Юго-восток Тувы занимают таежные нагорья, ограниченные с юга хребтами Хорумнуг-Тайга (3203 м н.у.м.) и Сенгилен (3276 м н.у.м.). В этих горах берет начало р. Мал. Енисей. Западную часть Тувы занимают горные сооружения Алтая с хребтами Шапшальский (3201 м н.у.м.) и Цаган-Шибэту (3383 м н.у.м.) и Монгун-Тайгинским горным массивом (г. Монгун-Тайга – 3970 м н.у.м.). По центру Тувы протянулись в долготном направлении котловины, покрытые степью. Самая северная из них – Уюкская (806 м н.у.м.), ограниченная с севера Куртушибинским, а с юга – Уюкским хребтом, центральная – Тувинская (450 м н.у.м.), ограниченная с севера Алашским нагорьем, Уюкским хребтом и хребтом Академика Обручева, с юга – хребтами Западный и Восточный Танну-Ола, и на самом юге находится Убсунурская котловина, большая часть которой лежит уже в пределах Монголии.






Наверх
231 просмотров



Сибирский экологический центр
Центр охраны дикой природы
Проект ПРООН/ГЭФ по степным ООПТ России
Казахстанская ассоциация сохранения биоразнообразия
Об издании

Популярное
ПРООН ГЭФ Минприроды России