Опустынивание и экологические проблемы пастбищного животноводства в степных регионах юга России 
ISSN 1726-2860
(печатная версия ISSN 1684-8438)

Содержание номера

№11 зима 2002

СтратегияЭкологический каркасОптимизация природопользованияВосстановление степейПроблемаЗащита редких видовЗаконодательствоКонвенция об опустыниванииНовостиСобытияОбъявления Новые книги Выходные данные журнала

Оптимизация природопользования

Опустынивание и экологические проблемы пастбищного животноводства в степных регионах юга России

В 2001 г. в рамках Программы “Устойчивое сельское хозяйство и развитие сельских регионов” Представительства МСОП – Всемирного Союза охраны природы для СНГ получил финансовую поддержку Правительства Королевства Нидерланды проект “Стратегия и план действий по развитию устойчивого пастбищного животноводства в аридных регионах юга России” (грант № 75601-011). Его конечная цель – разработка стратегии и плана действий в области устойчивого пастбищного животноводства, включая конкретные проектные предложения. Первой стадией проекта явился сбор информации по проблеме опустынивания и пастбищной дигрессии в сухостепных регионах России; изучение деятельности различных организаций по решению данной проблемы, а также выявление “белых пятен” проектной деятельности. По результатам этой работы коллективом авторов (А.Н. Антончиков, Т.И. Бакинова, В.Ю. Душков, З.Г. Залибеков, С.В. Левыкин, В.М. Неронов, А.А. Околелова, А.С. Паженков, Д.А. Черняховский, А.А. Чибилев, У.Б. Юнусбаев) подготовлен обзор (см. Ряд аналитических докладов по экологическим проблемам и перспективам сельского хозяйства России). Здесь мы представляем его основные результаты.


Регионы, включенные в обзор, на карте Европейской России:
1 – Ростовская обл.; 2 – Волгоградская обл.; 3 – Саратовская обл.; 4 – Самарская обл.; 5 – Оренбургская обл.; 6 – Республика Башкортостан; 7 – Республика Калмыкия; 8 – Астраханская обл.; 9 – Республика Дагестан.
 

 

В проект включены девять субъектов Российской Федерации: республики Башкортостан, Дагестан и Калмыкия; Астраханская, Волгоградская, Самарская, Саратовская, Оренбургская и Ростовская области. Критерии выбора этих регионов – степень опустынивания и доля сельскохозяйственных земель, не используемых в земледелии и представляющих актуальные и потенциальные земельные ресурсы животноводства (пастбища, сенокосы, залежи). Первые шесть регионов выбраны как наиболее подверженные опустыниванию, в Оренбургской области и Башкортостане 40% сельскохозяйственных земель не занято под пашню, а в Ростовской области доля таких земель составляет 30%, из которых половина деградирована, к тому же в восточной части области более 50% территории подвержено опустыниванию.

Проблема деградации естественных пастбищ и природной кормовой растительности в полном объеме возникла в начале 1960-х гг. В этот период уже была осмыслена целесообразность пересмотра практической деятельности сельскохозяйственных организаций, но предпринятые меры оказались весьма ограниченными (проблема “забалтывалась”, по определению В.И. Кирюшина). К концу 1970-х годов загруженность пастбищ сильно возросла, а количество овец, перегоняемых на летние пастбища или в горные районы, стало уменьшаться. На пастбищах появилось значительное количество и крупного рогатого скота с круглогодичным содержанием. Стало очевидным, что допустимые нормы и сроки выпаса – превышены.

Сейчас процессами опустынивания на юге России затронуто около 60 млн га сельхозугодий. Один из наиболее весомых факторов опустынивания этой территории – сельскохозяйственная деградация земель, в частности – как раз деградация естественных пастбищ. На юге европейской части особенно пострадали Черноземельные массивы Калмыкии и равнинные районы Дагестана. В настоящее время эти регионы отличаются наиболее интенсивным проявлением антропогенного опустынивания, оно охватывает здесь более 70% территории. В Астраханской, Волгоградской, Саратовской, Самарской областях и Татарстане опустыниванием поражено до 50% общей территории.

По результатам обзора на юге Европейской части РФ выделены три округа опустынивания, различающиеся между собой по климатическим условиям, показателям опустынивания и степени деградированности земель. Первый – сильно- и среднеаридный округ (17 млн га) – включает в себя Дагестан (равнинные районы и частично предгорья), Калмыкию и Астраханскую область. В нем сосредоточены земли сильного и среднего засоления (вторичного), приуроченные к Прикаспийской низменности – равнинам с абсолютными отметками местности ниже 50 м, а также к берегам рек и водохранилищ, освоенным под орошение. Эрозией охвачены, главным образом, предгорья и горные районы Дагестана, а дефляцией – северо-запад Дагестана, юго-восточные районы Калмыкии и Астраханской области. В наивысшей степени проявляется деградация в ряде районов Дагестана (Ногайском, Тарумовском, Кизлярском, Бабаюртовском) и Калмыкии (Лаганском, Черноземельском и Яшкульском), где на площади около 3,2 млн га расположена единственная европейская пустыня, возникшая на месте черноземельско-кизлярского пастбищного комплекса.

Аридность и степень опустынивания сельхозугодий (% от общей площади),
данные З.Г. Залибекова

Во второй – семиаридный – округ опустынивания (21,5 млн га) отнесены Саратовская и Волгоградская области. Здесь земли на склоновых участках подвержены эрозии, а на аллювиальных равнинах и водораздельных плато – дефляции слабой и средней степени. В северо-западной части округа лежит один из крупнейших в России (4,8 млн га) семиаридных массивов эрозионной деградации, остро нуждающийся в уменьшении техногенных нагрузок.

Третий округ (12,1 млн га) охватывает сухие субгумидные территории Самарской области и республики Татарстан. Он характеризуется лучшей, в сравнении с южными округами, сохранностью земель. В округе выделены очаги повышенной деградации сельхозугодий от эрозии в восточных районах Самарской области (400 тыс. га) и на северо-западе Татарстана (1070 тыс. га).

Валовые потери годичной продуктивности сельхозугодий нарастают с севера на юг; в южном округе (Дагестан, Калмыкия) основная доля утраченной продуктивности приходится на природные кормовые угодья – пастбища и сенокосы, а в северном – на пашню. В результате опустынивания на юге России наполовину сократилась площадь продуктивных сельхозугодий, возникло 14,2 млн га земель, потенциально склонных к деградации, но при этом плотность населения за последние 30 лет возросла почти в 1,5 раза (по официальным данным). Увеличились экологическая, экономическая напряженность и техногенная нагрузка на земли. В этих условиях необходимы меры, обеспечивающие самовосстановление деградированных угодий с минимальными затратами.

Проводимые в субъектах федерации мероприятия по масштабу и интенсивности не отвечают специфике как природных, так и социально-экономических условий. Анализ “белых пятен” проектной деятельности, выполненный группой экспертов, показал, что путь к решению проблемы антропогенного опустынивания пролегает не только и не столько в природоохранном русле, сколько через создание новой системы сельскохозяйственного природопользования, способной коренным образом изменить существующую отраслевую структуру. При решении проблемы опустынивания решающее значение имеют минимизация пахотных площадей и увеличение площадей природных кормовых угодий (пастбищ, сенокосов), уменьшение объемов работ по проведению оросительных и рассолительных мелиораций, применение фитолесомелиоративных работ, в частности, метод агростепи. Но безусловный приоритет получает развитие оптимизированного традиционного пастбищного животноводства – все эксперты сошлись во мнении о необходимости развития региональных программ пастбищного животноводства.

Засушливые территории юга России традиционно являются районами пастбищного животноводства. Однако сложившаяся в последние полвека практика хозяйственной деятельности не отвечает задачам ведения пастбищного хозяйства, несмотря на попытку ввести в нормативно-правовом порядке некоторые ограничения и запреты, регулирующие использование кормовых угодий.

Еще в XIX веке переход кочевников к оседлости сопровождался увеличением поголовья скота и изменением его породно-видовой структуры в пользу овец. Нарушилась сезонность в использовании пастбищ, увеличилась нагрузка на пастбищные угодья, площадь которых из года в год уменьшалась. В Калмыкии это было связано, в частности, с введением особой формы аренды земель переселенцами – так называемыми “оброчными статьями” (подробнее – см. СБ № 3-4, 1999). Причем, в оброк передавались лучшие сенокосы и пастбища. Так калмыки в конце ХIХ – начале ХХ вв. потеряли более 3 млн га земли.

Создание крупных стационарных животноводческих хозяйств, увеличение поголовья скота обусловили 2-3-кратную перегрузку пастбищ и снижение их продуктивности в геометрической прогрессии.

Отношение площади пашни к общей площади сельхозугодий, %
(данные Госкомстата)

В последние десятилетия ХХ века на юге России наблюдался спад рентабельности производства животноводческой продукции, который ученые и практики связывали с падением продуктивности пастбищ, являющихся основой кормовой базы животноводства. Эти проблемы обсуждались на международных симпозиумах, конференциях, совещаниях, в коллективных трудах, монографиях и статьях. При поддержке ЮНЕП были разработаны Субрегиональные национальные программы действий по борьбе с опустыниванием, в которых дан анализ состояния и предложены концепции борьбы с опустыниванием. Однако в этих программах не учитывается традиционный опыт природопользования в засушливых районах.

Традиционно в таких районах хозяйство базировалось на пастбищном животноводстве. Проведенный анализ показывает, что его традиционная схема могла бы лечь в основу современной системы, будучи дополненной с учетом новых знаний и технологий.

Пастбищное животноводство – цельная система, в которой наблюдаются сложные экологические взаимосвязи между растительностью и животными: при тебеневочном содержании животные постоянно передвигаются, кочевание устраняет опасность выедания и вытаптывания кормов на одном месте, удлиняет общую продолжительность вегетационного периода. Степень интенсификации современного пастбищного животноводства должна соответствовать как природным, так и социально-экономическим условиям конкретной местности. В первую очередь необходимо учитывать биопродуктивность естественных пастбищ и риски необратимых деградационных изменений.

Пастбищное животноводство служило основой природопользования в засушливых регионах юга России на протяжении многих веков. Особенность его состояла в круглогодичном содержании скота на подножных кормах. Технология предусматривала максимально рациональное использование пастбищ, чтобы сохранить их продуктивность и способность к восстановлению, постоянную заботу о последующем воспроизводстве растительного покрова. Местным населением вырабатывался уникальный опыт организации и использования пастбищ, одновременно создавались уникальные породы домашнего скота.

Длительная практика позволила выработать оптимальное соотношение разных видов животных в стаде (15,5% составляли овцы, 15,5 – верблюды, 43,4 – лошади, 25,2 – крупный рогатый скот и 0,4% – козы). Наблюдения за состоянием пастбищ выявили, что самое негативное воздействие на пастбища оказывают козы и овцы, затем – крупный рогатый скот (КРС), далее – лошади. Самая низкая степень отрицательного воздействия на аридные экосистемы – у верблюдов. Соблюдение нужного соотношения овец и верблюдов позволяло лучше использовать пастбища, снизить нагрузку животных на естественные экосистемы, обеспечив тем самым ежегодное естественное самовозобновление и самовоспроизводство кормовой массы.

Пастбищное животноводство – не только отрасль сельскохозяйственного производства, это – особая философия быта, экономики, культуры и экологии кочевого народа. Технология пастбищного животноводства – взаимосвязанная, самоподдерживающаяся система отношений.

При использовании пастбищ соблюдалась определенная очередность стравливания участков. В ранневесенний период скот выпасался на пастбищах с эфемероидной растительностью, которая наиболее часто приурочена к возвышенным местам. К наступлению летней жары она полностью исчезала, поэтому скотоводы старались использовать такие участки в более раннее время года. В летние месяцы скот переводился в низинные места – в лиманы, балки, к озеркам. Здесь растительность менее страдала от жары и засухи, травостой сохранялся. Участкам, выделенным под зимний выпас, предоставлялся своеобразный отдых. На них с ранней весны до глубокой осени скот не выпасали, в этом случае создавались необходимые условия для хорошего произрастания и обсеменения кормовых растений. К моменту перегона на зимние пастбища животные, по причине недостатка травы, не оставались на одном месте больше 2 – 3 дней.

В регионе нашего проекта кочевое скотоводство исторически было развито у ногайцев, казахов, башкир и калмыков. Ареал кочевания у них был огромен и отличался почти неизменными маршрутами. Кочевые земли строго распределялись и оберегались общинно-правовыми нормами. Из поколения в поколение передавалась информация о том, какие земли и почему использовались в качестве сезонных кочевий. В целом, вся территория степного и полупустынного юга России отвечала требованиям, предъявляемым к летним пастбищам. Для зимовки использовались земли, на которых выпадало наименьшее количество снега. Так, в Калмыкии эта территория носила название “Хар Газр” – “Черные земли”.

Весенняя перекочевка начиналась в конце февраля – начале марта. Кочевники перегоняли скот в максимально удаленную от зимовки часть летних кочевий с небольшой скоростью, так как шел расплод скота и прием молодняка. В течение лета стада медленно продвигались по кривой линии, максимально используя при этом всю территорию, стравливая подножный корм. Для Калмыкии длина такого перегона скота составляла 200 – 300 км.

Зимняя кочевка также требовала определенного порядка: впереди шли лошади – вид скота, который может тебеневать (добывать корм из-под снега), за ними – крупный рогатый скот, овцы и последними – верблюды. При зимней кочевке у берегов рек и моря этот порядок не соблюдался, так как в качестве корма использовались камыш и рогоз.

Таким образом, порядок использования территории под выпас скота местным населением можно назвать народной технологией пастбищного животноводства. Благодаря такой технологии экологическое равновесие при высокой нагрузке скота на пастбища (в Калмыкии – 2,9 млн условных голов овец) сохранялось до середины ХIХ в. Самым ценным опытом явилась выработка приспособленной к природным условиям технологии пастбищного кочевого животноводства.

Понятно, что развитие традиционного пастбищного животноводства не должно представляться панацеей в решении проблемы опустынивания, наподобие федеральной программы “Плодородие”. Тем не менее, это направление – одно из ключевых, поскольку предполагает, во-первых, конкретный эколого-экономический результат, во-вторых – систему действий.

Эта система действий, по совокупному мнению экспертов обзора, должна включать следующие элементы:

  • оптимизация структур сельхозугодий, прежде всего, в сухой степи и полупустыне, где площади пашни завышены, а пастбищ и сенокосов – неоправданно занижены; вывод из пашни и перевод в лесолугопастбищные угодья сильно эродированной, солонцовой, щебнистой и крутосклонной пашни;
  • перевод залежи, находящейся в бурьянистой стадии, и низкопродуктивной пашни в пастбища коренного улучшения, посредством залужения травосмесями и методом агростепи;
  • сокращение пастбищной нагрузки; введение экологически обоснованного пастбищеоборота при соблюдении нагрузки, близкой к оптимальной;
  • создание в условиях пастбищеоборота степных генетических резерватов (зон покоя), занимающих 7 – 10 % от общей площади пастбищных участков;
  • запрещение и ограничение ранневесеннего выпаса скота за счет создания дополнительных запасов кормов;
  • прекращение неконтролируемого одновременного использования пастбищ для различных видов скота;
  • ограничение длительности выпаса одного и того же вида скота (особенно коз и овец) на одном и том же месте;
  • восстановление травостоя на деградированных пастбищах (путем подсева трав, рыхления, мульчирования, внесения структурообразователей и т.д.) с полным прекращением выпаса на срок ремонта пастбищ;
  • эффективное использование восстановленных (фитомелиорированных) пастбищ;
  • заполнение экологической ниши адаптированными домашними животными в связи с резким уменьшением поголовья диких копытных ( в первую очередь, сайгака);
  • восстановление поголовья традиционных пород скота и структуры стада;
  • развертывание работ по лесовосстановлению массивного типа и защитному лесоразведению, учитывающему структуру ландшафта, – прежде всего приречных лесокустарниковых лент вдоль существующей гидрографической сети;
  • внедрение ландшафтно-адаптивных систем земледелия;
  • рациональное использование вторично засоленных земель;
  • оптимизация приемов орошения посредством подбора технологий, исключающих заболачивание и вторичное засоление почв (орошение только хорошо дренированных почв, в низменном Заволжье – полив лиманов и больших падин), а также технологий фитомелиораций;
  • организация сети небольших научных полигонов и представительных хозяйств, на примере которых можно проводить разработку, внедрение, демонстрацию наиболее перспективных технологий и систем природопользования, а также мониторинг;
  • биологическое воспроизводство плодородия почв;
  • улучшение состояния полезащитных и водоохранных лесополос;
  • изучение степного биоразнообразия и развитие сети степных ООПТ.
  • изучение экологически безопасного традиционного опыта землепользования;
  • оптимизация водохозяйственных сооружений на временных водотоках и малых реках;
  • широкое использование бассейнового принципа организации территории с его детализацией для конкретных землепользований;
  • развитие методов экологического контроля за использованием земель на основе разрабатываемой системы экологических ограничений землепользования;
  • альтернативное использование агроресурсов (туризм, отдых, производство лекарственного сырья и т.д.);
  • создание специальных технологических подразделений по восстановлению степного травостоя по методу “агростепи”;
  • создание семенных плантаций степных злаков;
  • закладка опытов по окультуриванию степных растений, обладающих повышенными кормовыми качествами;
  • разработка и серийный выпуск на местных заводах технологических механизмов для сбора и посадки семян степных растений;
  • разработка мероприятий, обеспечивающих финансовую поддержку сельхозпроизводителей, внедряющих новые, перспективные и экологически оправданные технологии;
  • подготовка пакета законодательных документов, определяющих механизм экономического наказания землепользователя за необратимую деградацию земель;
  • денежная оценка природных ресурсов.

Разработка системы действий по адаптации сельского хозяйства сухостепных регионов – задача крайне актуальная не только для южной части Европейской России, но и для сибирских степей, а также для ряда других российских регионов. Опыт восстановления и сохранения различных экосистем на юге европейской части России может быть применен и на других территориях, используемых для пастбищного животноводства и достигших критического состояния (как, например, в Бурятии или на Алтае). Логическим продолжением проекта “Стратегия и план действий…”, инициированного Представительством МСОП для стран СНГ, видится разработка как системы действий, так и конкретных механизмов внедрения этой системы в регионах. Это сложная задача, требующая участия крупных международных фондов, региональных и федерального бюджета, а также значительных интеллектуальных ресурсов. Поэтому мы планируем в дальнейшем привлекать к ее выполнению как можно больше участников, в том числе имеющих опыт работы в других международных проектах. Предстоит также провести дополнительные консультации и отобрать наиболее перспективные проекты из числа тех, которые были включены в свое время в Субрегиональные программы действий по борьбе с опустыниванием и в ряд других программ, с целью первоочередного поиска средств для них, используя возможности МСОП в этой сфере.

Контакт:
Черняховский Дмитрий Александрович,
Представительство МСОП для стран СНГ
123182 Москва, ул. Маршала Василевского, 17
Тел.: (095) 190 46 55, 190 70 77
Факс: (095) 490 58 18
E-mail: cda@iucn.ru






Наверх
4,215 просмотров



Сибирский экологический центр
Центр охраны дикой природы
Проект ПРООН/ГЭФ по степным ООПТ России
Казахстанская ассоциация сохранения биоразнообразия
Об издании

Популярное
ПРООН ГЭФ Минприроды России