Степи Липецкой области: на грани уничтожения или на пороге новой жизни? 
ISSN 1726-2860
(печатная версия ISSN 1684-8438)

Содержание номера

№17 зима 2005

От редакции ПроектыЗащита редких видовСтепной регионСтепи под охранойВосстановление степейЗаконодательствоСобытияОрганизацииОбъявленияИменаСобытияНовые книги

Степной регион

Степи Липецкой области: на грани уничтожения или на пороге новой жизни?

В.С. Сарычев (Заповедник “Галичья гора”, Липецкая область)

Антропогенная деградация степных экосистем наиболее остро проявилась на северном пределе их распространения – там, где травяные сообщества и островные леса образуют особый, лесостепной ландшафт. Деятельность людей в этой наиболее благоприятной для хозяйственного освоения природной зоне России была столь длительна, многообразна и активна, что к нашему времени на всем ее протяжении естественные лесостепные ландшафты сохранились лишь в сильно деградированном виде на крайне ограниченных участках. Особенно пострадали степи: преобладающая часть их давно распахана, на непригодных для земледелия участках они превращены в пастбища или сенокосы, сохранившиеся же участки представлены в виде крохотных обособленных “пятен”, буквально чудом избежавших губительных преобразований. Поэтому именно в лесостепной зоне проблема сохранения остатков степей и характерных для них видов растений и животных особенно актуальна и сложна.

Особенности исторического развития России предопределили более раннее и, соответственно, более глубокое преобразование природы лесостепи в центральных районах ее европейской части – в областях, лежащих в 300-400 км к югу от Москвы. Одним из таких регионов является Липецкая область. Для северной части лесостепной зоны, лежащей между Днепром и Волгой в верховьях Дона, она довольно типична по уровню своего сельскохозяйственного и промышленного развития и может служить показательным примером как изменения степей, так и усилий по их сохранению.

Природные особенности и хозяйственная освоенность Липецкой области

Липецкая область расположена на стыке Среднерусской возвышенности и Окско-Донской равнины. Ее территория протягивается с севера на юг на 203 км, с запада на восток на 206 км; площадь составляет 24,1 тыс. км2 (Атлас…, 1994).

Западная часть области – в пределах Среднерусской возвышенности – представляет собой возвышенную равнину, сильно расчлененную сетью глубоких речных долин, балок и оврагов, которые почти повсеместно врезаются в материнские породы девонского периода. По берегам Дона, Сосны и их притоков девонские известняки образуют скалистые гряды (Галичья гора, Сокольская гора и др.). Средние высоты водоразделов в этой части области составляют около 240 м над уровнем моря (при перепаде от 92 до 262 м).

Восточная часть области – плоская слаборасчлененная равнина со средними высотами водоразделов порядка 160-170 м над уровнем моря. Долины рек, балки и овраги здесь неглубокие, с пологими склонами. Водоразделы усеяны неглубокими заболоченными понижениями.

Река Воронеж, являющаяся естественной границей между этими природными провинциями, образует широкую долину с несколькими террасами шириной до 25 км, сложенную песчано-глинистыми аллювиальными и другими отложениями различного возраста. Здесь преобладают пойменные и террасовые ландшафты – мозаика лугов, травяных и сфагновых болот, пойменных лесов, сосновых боров, березняков и осинников.

Климат умеренно-континентальный, с теплым летом (средняя температура июля +19,5-20°С) и умеренно холодной зимой (средняя температура января -9,9-11°C). Осадков выпадает 600-650 мм в год, причем около 75 % их количества приходится на теплый период. Средняя продолжительность вегетационного периода – 180 дней.

В прошлом, до начала хозяйственного освоения, ландшафт водораздельных пространств Липецкой области представлял собой типичную лесостепь. В пределах Среднерусской возвышенности дубравы чередовались с участками разнотравно-луговых степей, Окско-Донская равнина была сплошь покрыта луговыми степями, и только по долинам Воронежа, Матыры и их крупных притоков произрастали обширные сосновые боры, пойменные дубравы и черноольшанники. Своеобразный облик растительному покрову придавали петрофитные (на западе) и галофитные (на востоке) степные сообщества (Флора…, 1996).

Ныне Липецкая область – типичный для центральной России индустриально-аграрный регион с многоотраслевой промышленностью, интенсивным сельским хозяйством, высокой плотностью населения и развитыми транспортными коммуникациями. От 65 до 80 % ее земель превращены в пашню, луга и пастбища занимают около 12 % территории, лесами покрыто около 8 %. Лесные насаждения представлены вторичными сообществами, сформировавшимися спонтанно на месте вырубленных коренных лесов, и лесокультурами, созданными руками человека. К числу первых относятся ольшанники, березняки, осинники, бoльшая часть дубрав, среди вторых преобладают сосняки. Общая численность жителей составляет 1230 тыс. человек, при средней плотности населения 51 чел./км2.

Формирование ландшафтов северной лесостепи

Согласно представлениям палеоэкологов, со времени появления людей в развитии ландшафтов северной лесостепи, включая территорию нынешней Липецкой области, можно выделить три стадии: природную, историческую и современную (Гласко и др., 2000).

Стадия природного ландшафта включала позднеледниковое время, а также ранний и средний голоцен (эпохи мезолита, неолита и бронзы). Судя по многочисленным археологическим находкам, во время последнего оледенения Европы (13-11 тыс. лет назад) территория нынешней Липецкой области уже осваивалась древними людьми. Однако их воздействие на окружающую среду было незначительным и сводилось, главным образом, к охоте (Лазуков, 1981).

Ко времени появления людей на территории региона преобладали тундростепи, которые в среднем и позднем голоцене сменились лесостепным ландшафтом. Палеозоологические данные свидетельствуют о том, что соотношение степи и леса на этом этапе подвергалось значительным колебаниям, вызванным вначале климатическими, а позднее – и антропогенными причинами. Так, установлено, что в районе Галичьей горы в среднем голоцене (7-2,5 тыс. лет назад) происходило наступление леса на степь, а в позднем – “остепнение” ландшафта*.

Важнейшее значение в усилении позиций степей в позднем голоцене имело заселение региона скотоводческими племенами, сменившими охотников и рыболовов. Скотоводство было преобладающей формой землепользования в лесостепной зоне центральной России с энеолита (4-3 тыс. лет до н.э.) до ее активного освоения славянами, начавшегося лишь в VIII-IX вв. н.э. (Винников, Синюк, 1990). Выпас и выжигание пастбищ, широко используемые скотоводами, вели к ксерофитизации степей; вырубка и выжигание лесов вызывала смещение их южной границы на север. Тем не менее, ученые полагают, что лесостепь – не только в бассейне Верхнего Дона, но и на всей Русской равнине – в целом сохраняла свой природный облик вплоть до конца первого тысячелетия нашей эры (Мильков, 1950).

Стадия исторического ландшафта охватывала период со времени появления славян до позднего средневековья (XVI-XVII вв.). На этой стадии в регионе получили распространение земледелие и стойловое животноводство, заметно изменившие природный ландшафт. Вместе с тем, антропогенные изменения ландшафта на этой стадии имели все еще локальные масштабы и отличались “волнообразным” характером, то есть чередованием периодов освоения и запустения.

Уже с конца XI века верховья Дона вошли во владения черниговских и рязанских князей, в этот же период в регионе возникли первые русские города – Дубок, Елец, Варгол и др. (Россия…, 1902). До XIII в. основными формами воздействия человека на степи были распашка, выпас скота, сенокошение и палы, леса подвергались вырубке и выжигались; но в целом антропогенные изменения ландшафта оставались слабыми повсюду, за исключением окрестностей городов. В период с XIII до начала XVI вв. земледельческое освоение было приостановлено монгольским нашествием и последующими частыми набегами кочевников (ордынцев, позднее – ногаев и крымцев), в результате которых оседлое население на большей части региона было уничтожено и началось возвращение нарушенных экосистем к исходному состоянию.

С середины XVI в. начался новый период освоения края русскими, продолжавшийся до конца XVII в., когда эта территория была окончательно ограждена от набегов крымских татар благодаря строительству многочисленных крепостей и оборонительных линий (Загоровский, 1991). Этот период характеризовался быстрым ростом населения и столь же быстрыми темпами вырубки лесов, распашки степей и расширения площади пастбищ и сенокосов. Предположительно, уже к концу XVII в. на территории нынешней Липецкой области степи были распаханы не менее, чем на 40-60 %, и в регионе появился дефицит пахотных земель, что привело к началу раскорчевки лесов под пашню (Россия…, 1902). В то же время, выжигание степной растительности на обширных площадях, практиковавшееся в течение двух столетий с оборонительными целями, способствовало не только исчезновению зарослей степных кустарников и общей ксерофитизации травяных сообществ (Камышев, Хмелев, 1972), но и привело к значительному уменьшению площадей перемежающихся со степями лесов, в первую очередь сосновых (Вересин, 1970).

Формирование современного агроландшафта восходит к началу XVIII в., когда территория нынешней Липецкой области стала основным поставщиком зерна для центральных районов Российского государства. На этой стадии преобладающая часть земельных угодий региона была превращена в пашню: к примеру, в период с 1696 по 1914 гг. доля пахотных земель в Тамбовской губернии возросла с 17,7 % до 63,9 %, а в Орловской губернии – с 42,2 % до 60,6 % (Цветков, 1957). К началу ХХ в. доля пашни в пределах Елецкого уезда достигла 82%, а в Данковском уезде было распахано до 76% земли (Россия…, 1902). К середине XIX в. степи региона носили большей частью уже залежный характер; целинные же участки сохранились лишь в виде небольших островков в неудобных для распашки местах и использовались под выпас (Мильков, 1950).

Более того, если до конца XVIII в. поголовье домашнего скота в регионе соответствовало емкости естественных пастбищных угодий и выпас был умеренным (Мильков, 1950), то в XIX-ХХ вв. на большей части пастбищ стала заметна деградация растительного покрова. Под влиянием перевыпаса высокотравные луговые степи с преобладанием ковылей стали замещаться низкотравными сообществами, в которых господствующую роль приобрели более ксерофитные виды – в частности, типчак (Festuca valesiaca) (Лавренко, 1980).

Таким образом, основными антропогенными факторами, определившими судьбу травяных сообществ северной лесостепи в историческое время, стали распашка, выпас домашнего скота, сенокошение и палы, обусловленные прежде всего развитием земледелия и общим ростом населения в регионе.

Современное состояние степных сообществ

В каком же состоянии находятся сегодня степные сообщества Липецкой области? Статистика показывает, что, невзирая на радикальные преобразования, которые претерпел ландшафт региона в предшествующие столетия, степи (в виде суходольных пастбищ и сенокосов) продолжают занимать здесь довольно значительные площади. Суммарно, естественные пастбищные и сенокосные угодья в Липецкой области составляют сегодня почти 216 тыс. га (или 9 % всех земель), что превосходит общую территорию, занятую лесной растительностью. Однако сохранившиеся участки степей расположены на землях, непригодных для распашки (на склонах крутизной более 5°, а в восточной части области – также на засоленных почвах в заболоченных понижениях водоразделов), и имеют в значительной мере интразональный характер. Зональные же луговые степи, характерные для водораздельных равнин, в области не сохранились. Последние из них (например, хорошо известная в ботанической науке Лотаревская целинная степь в имении князей Вяземских) были распаханы в 1930-е годы (Алехин, 1925, 1934).

Сохранившиеся участки степных сообществ ныне имеют преимущественно ленточный вид и приурочены к речным долинам и балкам. Благодаря высокой эрозионной расчлененности рельефа, они образуют сеть узких “капилляров” (ширина которых редко превышает 200 м), окруженных пахотными землями и лесополосами и часто прерываемых лесами, населенными пунктами и дорогами. Растительность этих ленточных сообществ представлена, главным образом, разнотравно-злаковыми, петрофитными и разнотравно-ковыльными вариантами степей, сильно деградированными в результате неумеренного выпаса, особенно возле сел и в местах размещения летних стоянок скота. Участков, сохранивших типичный “степной” облик, мало, они занимают небольшие площади и в значительной степени изолированы друг от друга.

Сокращение общей площади, фрагментация и изоляция, а также структурные изменения степных сообществ привели к резкому снижению их биологического разнообразия. Особенно это проявилось на позвоночных животных. Согласно летописным, архивным и литературным данным, в XVIII-XIX вв. в северной лесостепи не стало сурка (Marmota bobac), уже в XVII-XVIII вв. здесь исчез тарпан (Equus gmelini), а еще раньше – тур (Bos primigenius), зубр (Bison bonasus) и сайгак (Saiga tatarica). В первой половине XX в. здесь не стало дрофы (Otis tarda) и стрепета (Tetrao tetrax), а во второй половине XX вв. было отмечено резкое падение численности или исчезновение разноцветной ящурки (Eremias arquta), балобана (Falco cherrug), степного луня (Circus macrorus), большого тушканчика (Allactaga jaculus), серого хомячка (Cricetulus migratorius), обыкновенного хомяка (Cricetus cricetus), степного хоря (Mustela eversmanni) и степной пеструшки (Lagurus lagurus). К концу XX в. катастрофически снизилась численность каменки-плясуньи (Oenanthe isabellina), малого жаворонка (Calandrella cinerea) и крапчатого суслика (Spermophilus suslicus). К настоящему времени из комплекса типично степных позвоночных животных сохранились в относительном благополучии лишь немногие виды, приспособившиеся к обитанию на сельскохозяйственных землях – такие как заяц-русак (Lepus europaeus), полевой жаворонок (Alauda arvensis) или перепел (Coturnix coturnix).


А. Охраняемые участки петрофитных степей. Б. Охраняемые участки разнотравно-злаковых степей.В. Охраняемые участки разнотравно-ковыльных (светлые) и солончаковых степей (темные).
Размеры кружков соответствуют площади участка: 1 – до 10 га; 2 – 11-50 га; 3 – 51-100 га; 4 – 101-300 га; 5 – 301-600 га; 6 – 601-1000 га
.


Уже в конце XIX в. разрушение самобытной природы лесостепи побудило многих российских биологов выступить с призывом к сохранению наиболее ценных ее участков. Одним из первых охраняемых объектов в бассейне Дона стала Галичья гора, объявленная государственным заповедником в 1925 г. Впоследствии система особо охраняемых природных территорий в Липецкой области продолжала развиваться, и в настоящее время она представлена разветвленной сетью резерватов различных категорий – заповедников, заказников и памятников природы. Однако, при общей площади около 166 тыс. га (что составляет 7 % территории Липецкой области), в пределах этих резерватов находится лишь немногим более 7100 га степей (0,3 % территории области). Парадоксально, что в регионе, где степи в прошлом занимали не менее половины территории, все природоохранные усилия привели лишь к тому, что в общей совокупности резерватов доля степных участков составляет ныне чуть более 4 %! И такое положение типично для всех лесостепных регионов России.

Сегодня в Липецкой области степные сообщества представлены лишь в 56 из 153 резерватов. В большинстве своем, это разнотравно-злаковые степи (45 участков общей площадью 4600 га, при среднем размере участка 102 га) и петрофитные степи (34 участка общей площадью 780 га, при среднем размере участка 23 га). Разнотравно-ковыльные степи представлены лишь на трех участках (общей площадью около 120 га), галофильные степи – также на трех участках (общей площадью 1670 га). Однако даже эти, поистине бесценные участки степных сообществ в большинстве своем сохраняются лишь формально. Объявление их памятниками природы (наиболее распространенная категория ООПТ в области) подразумевает ограничение или запрещение определенных видов хозяйственного использования (к примеру, выпаса и выжигания), однако эти ограничения и запреты слабо контролируются и далеко не всегда соблюдаются.

Социально-экономические изменения, которые переживает сегодня Россия (в частности, в области сельского хозяйства), создают для степей новые проблемы и одновременно открывают новые возможности для их сохранения. В течение последнего десятилетия малопродуктивные пахотные угодья на территории области были частично заброшены или переведены в категорию пастбищных земель, на которых сегодня происходит спонтанное восстановление лугостепных сообществ. За это же время в области резко снизилось поголовье крупного рогатого скота и произошла практически полная ликвидация овцеводства, что привело к существенному сокращению пастбищной нагрузки на степные участки (а также объемов сенокошения). Эти изменения привели к неоднозначным последствиям: наряду с медленным восстановлением ареалов типично степных видов растений – например, перистого ковыля (Stipa pennata), происходит быстрое зарастание пастбищ и сенокосов видами деревьев и кустарников, нехарактерными для степей, в том числе – яблонями, кленами и сосной. Кроме того, снижение (или отсутствие) пастбищной нагрузки приводит к накоплению растительной ветоши, и, как следствие, участились пожары.

Вызывает тревогу и судьба степных участков, которые в течение длительного времени существовали в условиях заповедного режима. По наблюдениям ряда заповедников, cтепные сообщества, искусственно огражденные от сенокошения, выпаса и выжигания, повсеместно испытывают однотипные процессы: мезофитизацию (“олуговение”) растительного покрова, внедрение сорных видов и усиление позиций кустарников и деревьев. Все это приводит к ослаблению позиций типичных степных видов, вплоть до их полного исчезновения. Накопление растительной ветоши увеличило частоту пожаров, которые при большом объеме горючего материала стали принимать катастрофический характер, вызывая уничтожение степных кустарников. Ясно, что в условиях северной лесостепи, при небольших размерах резерватов и отсутствии крупных растительноядных животных, режим абсолютной заповедности не оптимален для сохранения степных сообществ.

Перспективы

Таким образом, к началу XXI столетия, благодаря деятельности человека, степи на северном пределе их распространения в России фактически приобрели статус реликтовых сообществ, а многие из ранее обычных и многочисленных обитателей открытых пространств попали на страницы Красных книг. Попытки сохранять степные сообщества традиционными методами (путем создания заповедных участков с прекращением всех форм землепользования) не оправдали ожиданий. В чем же должна состоять будущая стратегия сохранения степей, применительно к таким регионам, как Липецкая область? На наш взгляд, следует сосредоточить усилия на трех основных направлениях.

Во-первых, необходимо выявление всех экологически ценных участков степных сообществ и организация их действенной охраны с целью предотвращения антропогенных воздействий, которые могут нанести этим участкам непоправимый ущерб (включая распашку, застройку и облесение).

Во-вторых, необходимо создание крупных (площадью 200-1000 га и более) “ключевых” резерватов, включающих все разнообразие характерных для региона природных ландшафтов (лесов, лугов, водоемов, скал и, в первую очередь, степей)**. Для спрямления границ и увеличения общей площади таких участков целесообразно присоединение к ним выведенных из использования пахотных земель с последующим восстановлением степных сообществ на залежах. На территории резерватов следует развивать формы землепользования, способствующие поддержанию степных сообществ (например, умеренное сенокошение или экстенсивный выпас), а также новые экономические модели их сохранения (одним из вариантов может быть создание фермерских хозяйств, специализирующихся на конном туризме). В перспективе эти участки должны стать ядрами единого экологического каркаса региона, соединенными друг с другом посредством экологических коридоров.

В-третьих, необходимо искусственное восстановление (как в резерватах, так и за их пределами) биологического разнообразия степных экосистем, прежде всего – их ключевых элементов, к числу которых относятся ковыли, степные кустарники, сурки, суслики и “экологические аналоги” исчезнувших видов крупных травоядных (например, полувольные популяции лошадей для замещения исчезнувшего тарпана). Кроме того, работы по экологической реставрации должны быть сосредоточены на спасении особо уязвимых видов, включая реликтовые растения, степную гадюку (Vipera ursini), степную дыбку (Saga pedo) и т.д. Одним из приемов реставрации может быть создание новых очагов обитания, используя для этого, к примеру, отработанные карьеры по добыче известняка или иные земли, выведенные из хозяйственного использования.

Хочется сказать, что для россиян степь является особенно важным ландшафтом, о чем исключительно ярко было сказано известным ботаником С.И. Коржинским на заре ХХ века:

“Область луговых степей была колыбелью русского народа и русского государства… Элементы этой области, т.е. “дубравы”, “чисто поле”, “ковыль – шелкова трава” играют видную роль в русском эпосе, и все миросозерцание русского народа, широкое, добродушное и спокойное, сложилось под влиянием простора и жизнерадостного ландшафта луговых степей… Для русского народа степь навсегда осталась символом свободы и простора; она воспевалась в его песнях, она составляет предмет его мечтаний, и многие явления народной жизни, как, например, любовь к странствиям, страстное искание “вольных земель”, представляют отголосок той природы, которая создала характер русского народа” (Коржинский, 1901). Поэтому сохранение степи представляет, по сути, важнейшую национальную задачу.

Алехин В.В. 1925. Растительный покров степей Центрально-Черноземной области. Воронеж. 110 с.

Алехин В.В. 1934. Центрально-Черноземные степи. Воронеж: изд-во “Коммуна”. 92 с.

Атлас Липецкой области. 1994. М. 48 с.

Вересин М.М. 1970. Прошлое, настоящее и будущее лесов Центрального Черноземья // Природа Липецкой области и ее охрана. Воронеж. С. 49-113.

Винников А.З., Синюк А.Т. 1990. По дорогам минувших столетий. Археологи о древнейшей истории Воронежского края. Воронеж. 319 с.

Гласко М.П., Маркова А.К., Сычева С.А. 2000. Ландшафты Куликова поля: результаты и перспективы исследования // Куликово поле: вопросы историко-культурного наследия. Тула. С. 351-361.

Загоровский В.П. 1991. История вхождения Центрального Черноземья в состав Российского государства в XVI веке. Воронеж: изд-во ВГУ. 272 с.

Камышев Н.С., Хмелев К.Ф. 1972. Растительный покров Липецкой области. Воронеж. 212 с.

Коржинский С.И. 1901. Степи // Энциклопедический словарь. Т. XXXI-А. СПб: Изд-во Брокгауза и Ефрона. С. 602.

Лавренко Е.М. 1980. Европейские луговые степи и остепненные луга // Растительность европейской части СССР. Л. С. 220-231.

Лазуков Г.И. 1981. Взаимодействие палеолитического человека и природы // Природа и древний человек. М.: Мысль. С. 206-216.

Спиридонова Е.А. 1991. Эволюция растительного покрова бассейна Дона в верхнем плейстоцене-голоцене. М. С. 198-215.

Таттар А.В. 1959. Фауна птиц и млекопитающих из верхнечетвертичных отложений пещер Верхнего Дона и Жигулей и условия ее существования. Автореф. дисс…. канд. биол. наук. Л. 16 с.

Мильков Ф.Н. Лесостепь Русской равнины. М.: изд-во АН СССР, 1950. 296 с.

Россия. Полное географическое описание нашего отечества. 1902. Т. 2: Среднерусская черноземная область // Сост.: В.П. Семенов, И.П. Семенов, П.П. Семенов и др. СПб. 718 с.

Флора Липецкой области. 1996. М. 376 с.

Цветков М.А. 1957. Изменение лесистости Европейской России с конца XVII столетия по 1914 год. М.: Изд-во АН СССР. 213 с.


* Такой вывод получен и на основании анализа костных остатков в древних гнездах филина на скалах Галичьей горы (Таттар, 1959), и в результате споро-пыльцевого анализа (Спиридонова, 1991).

** Перспективны для создания “ключевых” резерватов такие урочища, как Быкова Шея, Куйманская балка, Бык, Воронец и др. - прим. автора

Контакт: Сарычев Владимир Семенович, заместитель директора по науке,

Государственный природный заповедник “Галичья гора”

399240 Липецкая обл., Задонский р-н, п/о Донское

Тел.: (07471) 333 65

E-mail: vgu@zadonsk.lipetsk.ru


В июне 2003 г. в заповеднике “Галичья гора” состоялся международный семинар по экологической реставрации травяных экосистем, организованный журналом “The Open Country” и коллективом заповедника при финансовой поддержке Посольства Королевства Нидерландов в России. В семинаре приняли участие 28 специалистов из 8 стран (Австрия, Великобритания, Венгрия, Канада, Россия, Нидерланды, США, Украина). Главной целью семинара был обмен опытом в области восстановления травяных сообществ. По итогам семинара подготовлен сборник докладов на английском языке (в серии публикаций The Open Country), который выйдет из печати в апреле 2005 г. Предлагаем Вашему вниманию первый доклад, представляющий очерк истории, современного состояния и перспектив восстановления степных сообществ в Липецкой области.
Часть тиража сборника будет распространена в России. Желающим получить экземпляр необходимо отправить сообщение Юлии Кулешовой по адресу: kuleshova@lslg.ru.






Наверх
1,273 просмотров



Сибирский экологический центр
Центр охраны дикой природы
Проект ПРООН/ГЭФ по степным ООПТ России
Казахстанская ассоциация сохранения биоразнообразия
Об издании

Популярное
ПРООН ГЭФ Минприроды России