Как мы защищаем прерии | №27 осень 2009 | Степной Бюллетень 
ISSN 1726-2860
(печатная версия ISSN 1684-8438)

Содержание номера

№27 осень 2009

Степной проект ЕССобытияЭкологическая сетьСтепи в бедеЗащита уязвимых видовОрганизацииЗаконодательствоСобытияОбъявления Новые книги От редакции

Организации

Как мы защищаем прерии

Совет по сохранению травяных экосистем Британской Колумбии (Канада)
Catrina Crowe (Grasslands Conservation Council of British Columbia, Канада)

Британская Колумбия, самая западная из провинций Канады, щедро одарена природными красотами. Широко известны Береговой хребет и дождевые леса умеренного пояса, вздымающиеся над городом Ванкувер на западе. Еще более знамениты Скалистые горы, которые ограничивают провинцию с востока. Между этими двумя величественными пределами расположились покрытые прериями долины и плато. По своему разнообразию, экологической и экономической ценности эти прерии не уступают горам и лесам, но обычно они оставляются без внимания. Отсюда и подход такой организации, как Совет по сохранению травяных экосистем Британской Колумбии: нужно сначала познакомить людей с травяными экосистемами, а уж затем можно призывать сохранять их.

Канадские прерии

Одна из причин, по которой травяные экосистемы Британской Колумбии так часто остаются незамеченными даже теми, кто в них побывал: они выглядят не так, как принято представлять прерию. Обычный пейзаж травяных экосистем повсюду в Канаде более типичен – это безлесные равнины, покрытые травой, волнами расстилающейся до самого горизонта. По крайней мере, так они выглядели раньше, прежде чем были распаханы, застроены, освоены промышленностью или засажены лесом.

Центральная область прерий лежит восточнее Скалистых гор. Начинаясь в южной части трех канадских Прерийных провинций*, прерии простираются на юг через Великие равнины Соединенных Штатов вплоть до северной Мексики. В этой области, свыше 450 тыс. км2 по площади, из всех сохранившихся типов естественных травяных экосистем наиболее распространена смешанная прерия, где травостой характеризуется промежуточной (сравнительно с типами высокотравной и низкотравной прерии) высотой. Но от исходной площади даже этого типа травяных экосистем осталось всего 24 %, и из тех половина нарушена перевыпасом. Что же до высокотравной прерии, от ее прежней площади остаются какие-то доли процента.

Результаты исследований показали, что канадские прерии – один из наиболее интенсивно освоенных ландшафтов в мире (Trottier, 1992, 2002**). В соответствии с этим, прогноз для выживания оставшихся природных травяных экосистем печален.

Разнообразие травяных экосистем Британской Колумбии

По сравнению с Прерийными провинциями травяным экосистемам Британской Колумбии, пожалуй, повезло. Они сохранились на 80 % своей первоначальной площади. Однако это не означает, что можно расслабиться, поскольку в целом травяные экосистемы в Британской Колумбии относительно редки. Занимаемая ими площадь – всего 698,417 тыс. га, что составляет менее 1 % территории провинции. И несмотря на то, что эта территория так мала, более 30 % обитающих в провинции угрожаемых видов связаны с травяными экосистемами хотя бы в какой-то части своего жизненного цикла. Список этих угрожаемых видов, к сожалению, очень большой. Среди множества прочих в него входят такие животные, как американский барсук (Taxidea taxus), пятнистый ушан (Euderma maculatum), острохвостый тетерев (Tympanuchus phasianellus), кроличий сыч (Athene cunicularia), западный подвид зеленой гремучей змеи (Crotalus viridis helleri) и лопатоног (Spea intermontana), и такие растения, как антилопий куст (Purshia tridentata) и калохортус (Calochortus spp.). Многие из этих животных и растений приспособлены к жизни в условиях, когда засухи нередки, лето долгое и жаркое, а зима холодная и относительно сухая.

Для своей сравнительно небольшой территории травяные экосистемы Британской Колумбии очень разнообразны. Климатические условия в пределах провинции значительно изменяются с юга на север и при подъеме в горы. Ландшафты контрастны: глубоко врезанные долины внезапно сменяются полого-холмистыми равнинами или возвышенными плато, а те – горными склонами. Ярко выраженный эффект дождевой тени определяет жаркие, засушливые условия на юге, так как Береговой хребет препятствуют продвижению влажного воздуха с востока, от Тихого океана. И хотя севернее этот эффект выражен слабее, местные дождевые тени также известны и на севере провинции, к востоку от Скалистых гор.

Прерии юга провинции – это продолжение травяных экосистем Большого Бассейна запада Соединенных Штатов, в них доминируют пырейник сизый (или колосистый, Pseudoroegneria spicata) и полынь трехзубчатая (Artemisia tridentata). Некоторые виды, входящие в эту экосистему, не встречаются более нигде в Канаде. Большая часть травяных экосистем Британской Колумбии приурочена к долинам рек. Однако в районе Карибу-Чилкотин (Cariboo-Chilcotin), сразу на восток от Берегового хребта, пространства, покрытые ковылем (Stipa comata), тонконогом (Koeleria macrantha) и полынью холодной (Artemisia frigida), могут быть настолько обширными и открытыми, что напоминают «настоящие» прерии, и столь сухими, что на память приходят пейзажи Нью-Мексико. Район Пис-Ривер (Peace River) на северо-востоке провинции, в сущности, тоже должен быть прерийным, но эта территория была так широкомасштабно освоена под пашню, что последние остатки травяных экосистем удерживаются только на южных склонах, речных террасах и возвышенностях по долинам основных рек. Даже на острове Ванкувер, прилегающем к тихоокеанскому побережью провинции, разбросаны участки дубовой саванны и парковых лесов. Здесь, где от исходно существовавших природных травяных экосистем осталось лишь 5 %, с сообществами белого орегонского дуба (Quercus garryana) все еще связаны 169 видов диких животных.

Влияние человека

Прерии Британской Колумбии постоянно менялись на протяжении всей известной истории. В течение тысяч лет до того, как на этой территории появились поселения европейцев, травяные экосистемы обеспечивали коренное население (индейцев, которых в Канаде принято называть «первыми нациями») пищей, одеждой, топливом и укрытием. Люди «первых наций» поддерживали открытые ландшафты травяных экосистем с помощью огня. Травяной пал устранял кустарники, мешающие передвижению людей, и стимулировал отрастание свежей травы для копытных, на которых они охотились. Воздействие выжигания сильно сократилось к концу XIX в. К концу ХХ в. место травяных экосистем начала занимать лесная растительность.

В XIX в. причиной значительного изменения характеристик травяных экосистем стали завезенные европейцами домашние животные. С появлением в начале XIX в. лошадей поменялся образ жизни племен «первых наций»: улучшились условия труда и способы передвижения, что способствовало развитию торговли и улучшению качества питания населения. Во времена Золотой лихорадки в середине XIX в. вслед за золотоискателями на внутренних территориях Британской Колумбии появился крупный рогатый скот, а затем и овцы.

Золотоискатели приходили и уходили, но те немногие, кто оставался, разглядели пастбищный потенциал этих земель, и в 1860-х гг. на юге внутренних территорий стали возникать скотоводческие ранчо. Вокруг созданных поселенцами ранчо на травянистых горных плато и днищах долин выросли поселки.

В те времена скот содержали на подножном корму круглый год и, как следствие, растения прерий часто повреждались. Внутренней области Британской Колумбии свойственно жаркое, очень засушливое лето, что является важным естественным стрессовым фактором для растительных сообществ. И этот фундаментальный фактор не был учтен скотоводами, которые переселялись сюда с территорий, где лето относительно сырое. В результате массово погибли наиболее предпочитаемые скотом виды дерновинных злаков, например такие, как пырейник сизый и овсяница заостренная (Festuca scabrella).

К началу ХХ в. большая часть оставшихся травяных экосистем была подвержена перевыпасу. Уже в этом веке управление отгонными пастбищами выросло в отдельную профессию, и с тем пришло понимание опасности перевыпаса. Владельцы скотоводческих хозяйств, чье благополучие прямо зависит от трав, имеют все основания быть в первых рядах защитников травяных экосистем. Исследования и образование, став доступными для владельцев и менеджеров скотоводческих ранчо, дали им возможность перейти к неистощительному использованию пастбищ.

Возникновение Совета по сохранению травяных экосистем (GCC)

При всем том еще и в середине 1990-х гг. основатель и директор GCC с беспокойством отмечал, что «в Британской Колумбии на повестке дня стоят лесные проблемы, а травяные экосистемы по-прежнему игнорируются». В 1996 г. ряд экспертов и организаций, включая биологов, специалистов по охране природы, владельцев и менеджеров скотоводческих ранчо, провели совещание, где обсудили, как можно повысить ранг травяных экосистем в перечне природоохранных приоритетов. Через три года Совет по сохранению травяных экосистем (GCC) был официально создан как общественное объединение.

Еще на этапе формирования Совет выработал принципы, на которых основана его деятельность – это сотрудничество, достижение консенсуса, доверие и представительство всех секторов общества. Впоследствии оказалось, что для небольшой организации (число сотрудников GCC никогда не превышало восьми человек) это весьма эффективная стратегия в плане усиления своего влияния. Например, выяснив, что провинция должна ввести регистрацию и лицензирование внедорожных автомобилей, GCC не только смог организовать диалог общественных групп джиперов, натуралистов, туристов и природоохранников, но и обеспечил открытую дискуссию по проблеме. В результате, коалицией этих групп было предложено 47 рекомендаций в отношении лицензирования и регистрации внедорожников. Представив в правительство свои рекомендации, коалиция продолжает давление на него, чтобы добиться формирования соответствующего законодательства. Этот процесс требует времени, однако, если бы не инициатива и усилия Совета, он не был бы столь близок к завершению.

Укрепляя основы тесного партнерства, GСС придает особое значение развитию программ научных исследований и подготовки обоснований. Исследования, в свою очередь, вносят вклад в программы, направленные непосредственно на разработку инструментов и методов управления травяными экосистемами и сохранения этих экосистем. Как пример: базовое картирование травяных экосистем Совет преобразовал в научное исследование, направленное на выявление травяных экосистем высокой экологической ценности. Результаты исследования мы отразили в региональных сборниках карт, описаний и рекомендаций, которые должны будут послужить руководством для органов управления всех уровней – местных, региональных, провинциальных и коренных народов, чтобы интересы травяных экосистем не были забыты при планировании землепользования. Для дальнейшей поддержки планирования экологически устойчивого развития GCC использовал собранную информацию, чтобы провести экологическую оценку региона и разработать рекомендации, как наилучшим образом сохранить наиболее важные экологические и сельскохозяйственные ценности.

Зачем нужен Совет

Влияние Совета растет, но также растет и потребность в нем.

Британская Колумбия потеряла около 20 % своих естественных травяных экосистем. Наибольший ущерб нанесен лежащим на небольших абсолютных высотах жарким и засушливым прериям юга внутренних территорий провинции. В последние 15 лет основной причиной исчезновения травяных экосистем здесь стала урбанизация. Большая часть этого района имеет очень привлекательный климат в сочетании с обширной, открытой, легко доступной территорией, что обеспечивает массу рекреационных возможностей и впечатляющие пейзажи.

Иной причиной вызваны потери большей части травяных экосистем в долине Южного Оканагана – это интенсивное сельское хозяйство, в частности развитое здесь виноградарство. Расположенные невысоко над уровнем моря прерии с пуршией трехзубчатой (или антилопьим кустом, Purshia tridentata) обладают подходящими почвами и идеальным климатом для выращивания винных сортов винограда. Кроме всего прочего, травяные экосистемы Британской Колумбии наравне с любыми травяными экосистемами всего мира подвержены негативному влиянию глобального изменения климата.

В центральном и южном регионах внутренних территорий провинции все большую угрозу, равно для травяных экосистем и для животноводства, представляет урбанизация сельской местности, сопровождаемая распадом крупных скотоводческих хозяйств, вместо которых возникают мелкие любительские фермы (по сути, дачи – прим. СБ) и турбазы. Этот процесс сопровождается фрагментацией ландшафта, например дорогами, что препятствуют передвижениям животных. Именно поэтому GCC работает с владельцами скотоводческих хозяйств, чтобы «сохранить скотоводческие ранчо для скотоводства».

Будущее травяных экосистем

Главная задача для GCC – привлечение к травяным экосистемам внимания тех, кто мог бы позаботиться о них. Поэтому мы находимся в постоянном поиске новых инициатив, которые могли бы дополнительно повысить ценность этих экосистем во мнении людей и представить новые резоны для их сохранения. Сейчас в партнерстве с несколькими другими организациями и правительствами мы начинаем новую программу, направленную на разработку планов восстановления видов, испытывающих риск исчезновения. Это очень важный проект, учитывающий, что травяные экосистемы важны для многих угрожаемых видов.

Другая новая инициатива, которая подчеркивает важность травяных экосистем как природного капитала всего населения Британской Колумбии, должна привлечь внимание городских жителей провинции, численность которых продолжает расти. Под «природным капиталом» мы понимаем экологические блага и услуги, которые производят травяные экосистемы, и воспроизведение которых будет стоить весьма дорого, если только оно вообще возможно. Например, нетронутые травяные экосистемы играют жизненно важную роль в фильтрации воды и закреплении склонов, они помогают бороться с изменением климата, сокращая выбросы углерода и увеличивая его связывание. Впечатляющие пейзажи и рекреационный потенциал прерий увеличивают стоимость недвижимости в соседних населенных пунктах. Скотоводы полагаются на питательность прерийных трав, выпасая свой скот на естественных пастбищах. На протяжении тысячелетий благополучие людей зависело от благосостояния травяных экосистем, определявших уникальные для региона образ жизни и культуру. И если принимать во внимание всю экологическую, экономическую, социальную и культурную ценность травяных экосистем, то оказывается, что их важность для Британской Колумбии намного больше, чем можно было бы ожидать при той небольшой территории, какую они занимают.

Меняющиеся условия не только позволяют нам разрабатывать инновационные программы, но и заставляют искать инновационные способы поддержки организации. В частности, к этому подталкивает нынешний мировой экономический кризис, который стал причиной смены источников финансирования нашей деятельности. В прошлом, хотя мы и пытались диверсифицировать источники финансирования, деятельность GCC поддерживалась в основном фондами и государством, как правило, государственными агентствами, с которыми мы разрабатывали совместные программы. С наступлением текущего экономического спада наши обычные источники финансирования стали недоступны. Поэтому сейчас мы прилагаем усилия, чтобы диверсифицировать финансирование, привлекая поддержку бизнеса – как местного, так и регионального, и национального масштаба; прежде всего тех компаний, которые так или иначе используют травяные экосистемы в своей деятельности.

До сих пор мы были в наибольшей степени ассоциированы только с одним направлением бизнеса – с товарным скотоводством. Но ведь существует множество других сфер деятельности и отраслей хозяйства, прямо или косвенно получающих выгоду от травяных экосистем. Например, это энергетические и горнодобывающие компании, зоны отчуждения которых расположены в травяных экосистемах; девелоперские компании, которые строят свои дома с видом на прерии; туроператоры, планирующие туры с посещением травяных экосистем. Начатые с этими компаниями переговоры могут не только увеличить финансирование Совета, но и позволят существенно расширить общую поддержку травяных экосистем в провинции.

Самые последние инновации GCC и программы прошлых лет одинаково верны нашей миссии: повышать общественную поддержку травяных экосистем и их ценностей; содействовать ответственному и устойчивому управлению травяными экосистемами; поддерживать сохранение характерных травяных экосистем, угрожаемых видов и их местообитаний. И неизменно мы стремимся к тому, чтобы люди и организации пришли к пониманию, как важны для них травяные экосистемы. Прерии Британской Колумбии слишком скромны, чтобы хвалить себя сами, поэтому GCC берет на себя задачу поднять их авторитет на ту же высоту, что и у давно признанных природных чудес провинции.

Перевод с англ. Евгении Шарыкаловой

Контакт:
(обратите внимание, что автор не знает
русского языка)
Catrina Crowe,
Communications and Outreach Coordinator
Grasslands Conservation Council of British Columbia
E-mail: gcc@bcgrasslands.org
Интернет-сайт: http://www.bcgrasslands.org


* Прерийные провинции (или Провинции прерий) – собирательное название трех провинций Канады, это Альберта, Саскачеван и Манитоба.

** Trottier G.C. A Landowners Guide: Conservation of Canadian Prairie Grasslands. Minister of the Environment – Canadian Wildlife Service, 1992, 2002.






Наверх
177 просмотров



Сибирский экологический центр
Центр охраны дикой природы
Проект ПРООН/ГЭФ по степным ООПТ России
Казахстанская ассоциация сохранения биоразнообразия
Об издании

Популярное
ПРООН ГЭФ Минприроды России