Катастрофическая массовая гибель сайгаков в Центральном Казахстане | №43-44 весна-лето 2015 | Степной Бюллетень 
ISSN 1726-2860
(печатная версия ISSN 1684-8438)

Содержание номера

№43-44 весна-лето 2015

Режимы сохранения степейСтепные пожарыСтепи под охранойИстория сохранения степейСтепи под угрозойОптимизация природопользованияЗащита уязвимых видовКлючевые видыЗаконодательствоПроектыСобытия Новые книги

Защита уязвимых видов

Катастрофическая массовая гибель сайгаков в Центральном Казахстане

Начиная с 11 мая 2015 г. в местности Жолаба на границе Улы-Жыланшикского участка государственного природного резервата «Алтын Дала» в Амангельдинском районе Костанайской области начали находить погибших сайгаков. В первые дни речь шла о примерно 100 павших животных, но истинные масштабы происшествия оказались катастрофическими.

Падеж охватил огромную территорию в пре­делах трех областей Казахстана. По офи­циальным сообщениям Минсельхоза РК, доль­ше всего и с наибольшим количеством погиб­ших животных он шел в Амангельдинском районе, несколько менее – в соседнем Жангельдинском районе Костанайской области. На границе Жаркаинского и Жаксынского районов соседней Акмолинской области (около 160–200 км северо-восточнее очага падежа в Амангельдинском районе) падеж был впервые замечен 21 мая, а к 25 мая количество выявленных погибших животных здесь составило 4293 особи. Примерно в эти же дни массовая гибель сайгаков началась и на территории  Иргиз-Торгайского государственного природного резервата в Иргизском районе Актюбинской области. Первые 67 мерт­вых сайгаков были обнаружены здесь 19 мая – вблизи слияния Иргиза и Тургая, на краю впадины Шалкартениз, в урочище Сункаркия (265 км юго-западнее пос. Жолаба), а на 25 мая число погибших сайгаков в резервате достигало уже более 3000 особей.

Подсчет велся при захоронении туш (см. ниже). Это означает, что официальные данные можно считать совершенно точными, но неполными, поскольку часть туш несомненно растаскивалась и утилизировалась четвероногими и пернатыми хищниками, часть просто осталась ненайденной. К 25 мая Минсельхоз РК сообщил, что падеж в Актюбинской и Акмолинской областях прекратился, в Костанайской области еще продолжались работы. К 27 мая общее число туш сайгаков, захороненных (утилизированных) в Костанайской и Актюбинской областях, составило 112 475, в Акмолинской области – 8502. Итого, за две недели с небольшим погибло не менее 121 тыс. особей. Принимая во внимание неизбежный недоучет павших животных, реальные потери бетпакдалинской популяции могут составить еще большую величину, возможно, до 140 тыс.

По информации Казахстанской ассоциации сохранения биоразнообразия (АСБК), проводившей государственный учет сайгаков в 2014 г., их общая численность в Казахстане составила более 300 тыс. голов (в 2013 г. – около 260 тыс.). На долю бетпакдалинской популяции приходилось около 4/5 этой численности. В результате падежа популяция лишилась, по меньшей мере, половины своей общей численности, а численность вида в целом (даже не в пределах Казахстана, а глобально) сократилась не менее, чем на треть.

Массовый падеж произошел в период окота сайги и охватил именно родильные скопления, поэтому основную долю погибших составляют самки и новорожденные сайгачата.

Уже с первых дней, когда истинный масштаб катастрофы еще не был понятен, происшествие привлекло внимание самых высоких областных и ведомственных властей. На месте происшествия был развернут штаб под руководством заместителя акима Костанайской области, прибыли вице-министр сельского хозяйства (бывший ранее председателем Комитета лесного и охотничьего хозяйства) Ерлан Нысанбаев и председатель Комитета лесного хозяйства и животного мира Минсельхоза РК Багдат Азбаев. Был оперативно оповещен и привлечен к ликвидации последствий катастрофы ряд других республиканских ведомств, прежде всего Министерство по чрезвычайным ситуациям, подключены органы прокуратуры и полиции. Уже 12 мая Министерством сельского хозяйства была создана Рабочая группа, в состав которой вошли представители Комитета лесного хозяйства и животного мира, РГП «Охотзоопром», Комитета ветеринарного контроля и надзора. Позднее в рабочую группу пригласили специалистов Комитета экологии Министерства энергетики РК, НИИ проблем биологической безопасности и Института зоологии МОН РК, биологических факультетов Евразийского национального университета им. Гумилева и КазГУ им. Аль-Фараби, Аэрокосмического комитета МИР РК, АО НК «Казкосмос», представителей ПРООН, АСБК, общественного движения «Антигептил», международных экспертов.

Реагирование включает решение двух задач: (1) сбор и анализ данных для выяснения причин массовой гибели (и по возможности – выработки мер по ее прекращению) и (2) локализация очагов и проведение карантинных мероприятий еще до того, как станут понятны причины падежа.

Во всех местах массовой гибели побыва­ли специалисты соответствующих служб и ор­ганизаций, были отобраны пробы воды, поч­вы, кормовых растений, образцы тканей и выделений павших животных. Благодаря опе­ративному присутствию на месте ветерина­ры смогли детально описать симптомы и раз­ви­тие болезненных состояний. Впервые за деся­ти­летие получилось организовать отбор мате­риала для исследований не пост-фактум, а не­по­средственно в ходе развития массовой гибели сайгаков, из тканей и выделений больных и только что павших животных. Это позволяет­ надеяться, что будут выявлены патогены, ко­торых не удавалось найти в предыдущих слу­чаях (см. ниже), когда исследованию подвер­гались пролежавшие уже несколько дней туши.

Основные исследования выполняет НИИ проблем биологической безопасности МОН РК, который с 2012 г. работает по программе «Эпизоотологический мониторинг циркуляции инфекционных болезней в популяции сайгаков, обитающих на территории Республики Казахстан, и разработка методов профилактики». Дополнительно Казахстан привлек международных экспертов, направленных секретариатом Боннской конвенции о мигрирующих животных, в рамках которой дей­ствует Меморандум о взаимопонимании по сохранению сайгака, и ФАО. Обсуждалась возможность приглашения экспертов из российского ВНИИ ветеринарной вирусологии и микробиологии.

Согласно оценке экспертов, синдром, приведший к гибели более трети всей популяции казахстанской сайги, был необычным и характерным. Пораженные животные демонстрировали явную слабость и депрессию, теряли способность нормально передвигаться, нарушалась координация конечностей, развивалась диарея и выделение пены изо рта. Проявления болезни стремительно нарастали, и уже через несколько часов животное не могло стоять на ногах, ему становилось трудно дышать, после чего оно умирало. Случаев массовой гибели других копытных и вообще других животных в очагах падежа не отмечено. Появлявшиеся сообщения о таких фактах не подтвердились.

Как основная и, видимо, уже единственная версия причины массовой гибели рассматривается остро протекающая инфекция. Предварительно, пока не было результатов исследований, Национальный референтный центр по ветеринарии РК считал, что причиной массового падежа сайги стала эпизоотия пастереллеза, но эта версия не дает удовлетворительного объяснения фактам. Первые обоснованные заключения были сделаны по Иргиз-Торгайскому резервату. По сообщению руководителя Актюбинского областного филиала республиканской ветеринарной лаборатории, причиной гибели сайгаков здесь оказалась анаэробная энтеротоксемия, протекавшая в острой и сверхострой форме. Возбудитель болезни – клостридия – попадал в организм животных с кормом, но непосредственной причиной развития инфекции становилось брожение в кишечнике съеденной влажной сочной травы. В этой бродящей массе бактерия активизировалась, быстро размножалась и начинала выделять токсины, поражающие центральную нервную, пищеварительную и выделительную системы. Болезнь известна и изучена для овец. При ее сверхостром течении животные погибают в течение 2–3 часов после завершения инкубационного периода (который занимает от 1 до 12 часов), и клинические признаки не успевают развиться. При остром течении болезнь продолжается 2–3 суток, иногда до 5–7 суток. Симптомы при этом соответствуют наблюдавшимся у сайгаков в очаге падежа.

В настоящее время помимо этой версии в качестве возможной причины рассматриваются еще две опасные инфекции: гемолитическая септицемия, имеющая бактериальную природу (вызывается стрептококком), и эпизоотическая геморрагическая болезнь – вирусное заболевание (РНК-вирус), переносимое кровососущими двукрылыми (комарами, мокрецами).

Поскольку обстоятельного и аргументированного доклада по итогам исследований еще нет и поскольку версия пастереллеза не вызывает достаточного доверия, остается простор для других предположений, разной степени неправдоподобности. Чаще всего в СМИ и социальных сетях гибель сайгаков связывают с произошедшим 16 мая (через 5 дней после начала падежа) неудачным запуском ракеты-носителя «Протон-М», запущенной с Байконура и упавшей (или взорвавшейся) в Забайкалье. Также существуют версии о выбросе боевых отравляющих веществ с какого-то полигона или последствиях давних ядерных взрывов.  Все эти версии выдвигаются непрофессионалами, не знакомыми с ситуацией в деталях, отличаются политизированностью и плохим соответствием фактам.

Реализация второй задачи, прежде всего, предполагает поиск и сбор туш погибших животных и их последующую утилизацию (захоронение). Туши, собранные в степи, сваливают в специально вырытые траншеи, где сжигают, затем заливают дезинфекционным раствором и после этого закапывают. При закладке в траншею проводится подсчет туш. Именно эти цифры озвучиваются в качестве официальных данных. Для утилизации огромного количества погибших животных потребовалось значительное число людей и техники: в общей сложности, во всех очагах падежа единовременно было занято около тысячи человек и не менее 150 единиц техники. Проведение работ затруднили проливные дожди с ветром, накрывшие регион после 20 мая.

Другое направление – карантинные ме­ро­приятия, направленные, в основном, на пре­дотвращение заражения домашнего скота­. Они начались только через 10 дней после на­чала падежа, видимо, по мере утверждения­ мнения о пастереллезе как его причине. Ветеринарно-санитарные ограничения были введены на территории сельского округа Урпек Амангельдинского района Костанайской области с 22 мая.

За последние годы случаи массового падежа сайгаков на фоне общего роста численности вида (особенно бетпакдалинской популяции) отмечаются в Казахстане ежегодно. Число погибших животных варьирует от нескольких сотен до 12 тыс. Как правило, официально причиной гибели признается пастереллез, но в случае наиболее массовой гибели (в Западно-Казахстанской области в 2010 г.) некоторые российские и британские исследователи полагали, что ее причиной могла стать тимпания – резкое вздутие рубца вследствие брожения в нем растительной массы при переедании влажных сочных кормов (подробнее см. СБ № 31, 2011). В Костанайской области за эти годы отмечен только один случай массового падежа сайгаков – в мае 2012 г. в Жангельдинском районе. Тогда причиной гибели 926 особей также был назван пастереллез. Но катастрофа в мае 2015 г. и по численности погибших животных, и по охваченной падежом площади превосходит все предыдущие случаи падежа на порядок, а то и два.

Сопоставимая по масштабу массовая гибель наблюдалась в Казахстане только в 1980-е гг. Причиной гибели, как и сейчас, официально признавали пастереллез. Тогда таких случаев было не менее трех за десятилетие, и количество погибших каждый раз составляло не менее 100 тыс. особей (максимально – до 270 тыс., подробнее см. СБ № 30, 2010). Но нельзя не учитывать, что и общая численность популяции была в те годы выше нынешней примерно на порядок.

Контакт:
Пресс-служба Минсельхоза РК
Тел.: (7172) 55 57 65
E-mail: minagripress@gmail.com






Наверх
125 просмотров



Сибирский экологический центр
Центр охраны дикой природы
Проект ПРООН/ГЭФ по степным ООПТ России
Казахстанская ассоциация сохранения биоразнообразия
Об издании

Популярное
ПРООН ГЭФ Минприроды России