О необходимости популяционного подхода к реинтродукции степного сурка | №41 лето 2014 | Степной Бюллетень 
ISSN 1726-2860
(печатная версия ISSN 1684-8438)

Содержание номера

№41 лето 2014

Режимы сохранения степейСтепи под охранойСтепной регионИнвентаризация степейСтепи под угрозойСтепное природопользованиеКлючевые видыЗащита уязвимых видовЗаконодательствоПроектыСобытия Новые книги Финансирование номера

Ключевые виды

О необходимости популяционного подхода к реинтродукции степного сурка

Б.Ю. Кассал (ОмГПУ, Омск)

Сурок степной (Marmota bobak) с подвидами европейский (M. b. bobak) и казах­станский (M. b. schaganensis) – один из пяти обитающих в России видов сурков (Громов и др., 1965).

В СССР широко проводилось тотальное уничтожение колоний сурков всех видов в рамках противочумных и иных противоэпизоотических/противоэпидемических мероприятий. В результате большинство их локальных популяций было полностью уничтожено либо численно минимизировано. Из-за чрезвычайной разрозненности и отчасти засекреченности информации об истребительных мероприятиях соответствующие данные в открытой печати не опубликованы и в качестве причин исчезновения популяций указываются второстепенные факторы.

В 1983–1997 гг. европейский степной сурок был внесен в список Красной книги России, но затем исключен из нее как восстановившийся. В настоящее время сурок степной внесен в Красные книги либо иные списки особой охраны 13 субъектов РФ (Присяжнюк, 2012). В Омской области охота на сурка запрещена, он включен в Красную книгу Омской области (Сидоров и др., 2005) как коммерчески угрожаемый вид с недостаточно определенным статусом. Однако структура и динамика популяций сурка изучены недостаточно, что не позволяет успешно проводить восстановительные мероприятия.

Степной сурок в Омской области

До середины XIX в. степной сурок был широко распространен в западной части степной зоны Евразии, доходя на восток до левого берега Иртыша. В конце XIX – начале ХХ в. его ареал стал быст­ро сокращаться и превратился в несколько изолированных участков, располагавшихся в равнинных степях юга Восточно-Европейской равнины, Южного Урала и Северного Казахстана (Животные…, 2003; Пантелеев, 1998; Павлинов и др., 2002).

Распределение сурков в Омской области в 1980-2010 гг.

На территории Омской области степной сурок к началу 1970-х гг. был полностью уничтожен (Сидоров и др., 2009). С конца 1980-х гг. в Омской области делались неоднократные попытки реинтродукции сурка, но все они оказались безуспешными. Основными факторами неуспеха, на наш взгляд, были неправильно выбранные и неподготовленные места вселения сурков; прямое уничтожение животных браконьерами и беспривязными собаками; воздействие аномального подъема грунтовых вод, отмеченного в те годы. Роль естественных врагов в уничтожении переселяемых сурков была минимальна: лисица обыкновенная, корсак и светлый хорь могли добывать только молодых сурков или ослабленных взрослых, а волк в местах реинтродукции сурка в тот период отсутствовал. Очень незначительные потери сурки могли нести от курганника и степного орла (Нефедов, 2010). В настоящее время медленное и малоуспешное восстановление популяции на юге области происходит только за счет естественного расселения особей с сопредельной территории Северного Казахстана (картосхема).

Степные сурки засе­ляют в Омской области целинные степные участки, используемые в качестве пастбищ, преимущественно террасы  степных речек, пологие скло­ны холмов, высокие берега водоемов, склоны балок и зарастающих оврагов, заброшенные поселения человека. В балках сурчины размещаю­тся обычно в нижней трети или полови­не склонов от южной до восточной экспозиции, на воз­вышенных, хорошо дренированных участках с хоро­шим обзором. Из-за относительной бедности почв эти участки традиционно использовались как пастбища, что и привлекает расселяющихся сурков.

Структурные типы популяций сурка

Д.И. Бибиков (1985) указывает, что многие черты поведения сурков обус­ловлены структурой их поселений, вклю­чающих посто­ян­но обитаемые оптимальные норы и малоудоб­ные для жизни, обычно пе­риферийные части, заселяемые только при общей высокой числен­ности сурков. Разнокачественность соответ­ствующих местообитаний исследована слабо.

При проведении учетов только в ядрах поселений возможна регистрация более или менее устойчивой численности сур­ков, хотя общее число животных в районе обитания за это время могло многократно сократиться. Так получается потому, что оседлые особи при нарушении состава их семей (например, в результате промысла) перемещаются, перегруппировываются и восстанавливают семейную структуру в зоне экологического оптимума. При силь­ном антропогенном воздействии эта пове­денческая адаптация нарушается, скопления сохранившихся особей обнаруживаются уже не в оптимальных местообитаниях, а в наиболее безопасных местах. Склонность к перемещениям возраста­ет и при переуплотнении населения в результате хорошей репродукции. Именно так в 1970-е гг. проис­ходило естественное расширение ареала степного сурка на Украине и по право­бережью р. Волги, а также его вселение в Белгородскую, Воро­нежскую и Ростовскую области (Бибиков, 1985). Аналогичный процесс наблюдается нами с середины 1990-х гг. на приграничной территории Казахстана, откуда размножившиеся сурки расселяются в Омскую область.

Существует несколько типов поселений сурков. Наиболее часто сурки селятся семей­ными колониями (Пав­линов и др., 2002). Колония – простейшая территориальная груп­пировка сурков. Такое поселение состоит преи­мущественно из родственных друг другу осо­бей, объединенных общностью зрительно-зву­ковых реакций, совместно использующих от­носительно обособленную территорию.

Дифференциация поселений степного сурка по типам в популяциях различной насыщенностиПо характеристике структуры населения можно выделить три типа популяций сурков. Насыщенная популяция характеризуется вы­сокой числен­ностью, высокой заня­тостью боль­шинства семейных участков и убежищ (по­стоянных, а отчасти и временных нор), как ус­тойчиво бла­гоприятных, так и менее удобных. Ненасыщенная популяция обычно имеет среднюю численность, ее особи занимают все оптимальные семейные участки и часть менее благопри­ятных. Разреженная популяция отличается низкой численностью при очень большой доле детенышей, большинство даже оптимальных семейных участков свободно. Разреженная популяция возникает в результате истребле­ния (в том числе перепромысла) сурков. Эти выделенные типы популяций связаны между собой переходами (Бибиков, 1989). Если популяция теряет целостность, разделяясь на отдельные фрагменты, связь между которыми прекращается, ее следует выделять как четвертый тип – инсуляризованную популяцию (схема 1).

Именно к последнему типу относится популяция степного сурка на территории Ом­ской области, причем имеющиеся инсулы под воздействием антропогенных факторов оказываются минимальны.

Демографическая специфика и динамика структурных типов популяций сурка

Установлено, что социальные отношения особей (1-й уровень) степных сурков в близкоживущих семьях (2-й уровень) отличаются от взаимоотношений животных из отдаленно расположенных семей. Помимо семей у сурков существуют более крупные социальные группировки (3-й уровень). В местообитаниях с интенсивной антропогенной нагрузкой группировки 3-го уровня оказываются более устойчивыми по составу и по совме­стно используемой территории, по сравнению с нестабиль­ными группировками 2-го уровня. На этом же уровне демонстрируется активная агрессия по отношению к чужакам. Антагонистические отношения внутри группировок 2-го или 3-го уровней рассматриваются как исключение. Такие группировки, в свою очередь, объединяются в колонии (4-й уровень), которые включают несколько десятков семей и занимают обычно обособленную территорию площадью 0,5–6 км2 (Токарский, 1999). В популяциях степного сурка различной насыщенности структурная организация поселений имеет свой характерный рисунок (схема 2).

Структурная организация поселений степного сурка в популяциях различной насыщенности

Насыщенная популяция состоит из ряда демов и отдельных парцелл, естественно дополняемых разрозненными семейными группами и одиночными особями. При характерной для нее полной занятости участков и убежищ  наблюдается наиболее полное использование территории на лучших для обитания участках и среднее на остальных. Такая популяция является эффективным репродуктором для расселения особей на сопредельные территории и наиболее желательна для обеспечения полноценного сохранения сурка на территории и его рационального использования.

Ненасыщенная популяция состоит из ряда демов, разрозненных парцелл и отдель­ных семейных групп, естественно дополняемых разрозненными семейными группами и одиночными особями. Занятость большей части участков и убежищ ведет к среднему использованию территории на лучших для обитания участках и малому на остальных. Такая популяция является малоэффективным репродуктором для расселения особей на сопредельные территории, но отвечает задаче сохранения вида и допускает рациональное использование. При обеспечении соответ­ствующей охраны она может в относительно короткое время перейти в состояние насыщенной популяции и стать эффективным репродуктором.

Разреженную популяцию образует ряд парцелл и разрозненных семейных групп, естественно дополняемых одиночными особями. Характерно малое использование территории даже на пригодных для обитания участках. Такая популяция не может служить репродуктором для расселения особей, мало отвечает задачам сохранения вида и его рационального использования. При наступлении неблагоприятных условий популяция этого типа легко инсуляризуется. Если отрицательные воздействия не прекращаются, процесс внутрипопуляционного распада становится необратимым.

Инсуляризованная популяция состоит из отдельных семейных групп и одиночных особей. Крайне низкая численность и малая занятость отдельных частей участков и убежищ приводит к очень малому использованию территории на пригодных для обитания участках. Популяция не в состоянии служить репродуктором для расселения особей и не отвечает задачам сохранения вида и его рационального использования. При наступлении неблагоприятных условий такая популяция становится вымирающей.

Можно выделить еще сверхинсуляризованную популяцию, состоящую из одиночных особей и семейных пар. Она характеризуется единично занятыми отдельными частями участков и убежищами и очень малым использованием территории на пригодных для обитания участках. Такая популяция обречена на вымирание.

Таким образом, с учетом возможных переходов из одного состояния в другое, популяция степного сурка может проходить в своем развитии ряд последовательных этапов, длительность которых зависит от различных факторов (схема 3).

Возможные смены состояний популяции степного сурка

Успешность реинтродукции зависит от популяционной структуры

Исследуя имеющийся опыт реинтродукции степного сурка на ранее населенные им территории, на первое место среди факторов неуспеха следует поставить отсутствие системного подхода. Восстановление вида, характеризующегося сложной внутрипопуляционной структурой (такой как у степного сурка), должно опираться на понимание популяции как саморегулируемой биологической системы. В интродуцируемой группе должны быть воспроизведены как минимум три уровня организации популяции, до парцелл (сложившихся групп семей) включительно. При этом на первом месте находятся состав реинтродуцентов и полнота структурных компонентов переселяемой части популяции; само по себе количество интродуцируемых особей важно, но второстепенно. При сохранении структурных компонентов популяции в реинтродуцируемой группе ее успешность в среднесрочном масштабе (около 10 лет) определяется нами как средняя. Более полная представленность структурных компонентов переселяемой части популяции возможна и желательна, но чрезвычайно затратна, хотя ожидаемая успешность интродукции в этом случае наиболее высока. Если структурные компоненты наименее полно представлены в переселяемой части популяции, интродукция бу­дет малоуспешной или даже совсем безуспешной (табл. 1).

Таблица 1. Ожидаемая успешность реинтродукции степного сурка при различном составе реинтродуцентов

Количество

интродуцируемых

особей

Демографический состав группы реинтродуцентов

Используемая территория

Занятость участков и убежищ

Успешность интродукции при среднесрочном прогнозе

> 1

Одиночные особи

Очень ограниченная

Заняты отдельные части

Отсутствует

> 10

Фрагменты отдельных семейных групп и одиночные особи

Очень ограниченная

Заняты отдельные части

Крайне низкая

> 10

Полные семейные группы и одиночные особи

Очень

ограниченная

Заняты отдельные части

Низкая

> 20

Ряд парцелл и разрозненных семейных групп

Ограниченная

Занята меньшая часть

Средняя

> 200

Отдельные демы, разрозненные парцеллы и отдельные семейные группы

Мало ограниченная

Большая часть

Высокая

Альтернативой системному подходу в организации искусственной реинтродукции является пассивное ожидание естественного расселения сурка из сохранившихся на охраняемых территориях насыщенных популяций. Причем можно лишь надеяться, что в местах расселения сформируются и сохранятся сначала отдельные семьи (семейные группы), затем из них сформируются группы семей (парцеллы), затем – группы парцелл (демы), и только после возникновения групп демов можно будет говорить о сформировавшейся полноценной популяции.

Экологические критерии выбора места реинтродукции

В условиях южной части Омской области неуспешность реинтродукции степного сурка во многом была обусловлена неправильным выбором места выпуска (схема 4).

Критерии выбора мест выпуска степного сурка

Начатое по инициативе Главохоты РСФСР широкое расселение степного сурка в пределах его прошлого ареала было вполне экологически обосно­ванно, от него ожидался не только природо­охранный, но, со временем, и эконо­мический эффект. Однако, проводя эту нужную работу, исполнители отчитывались только о числе завезенных в новые места особей, без организации си­лами местных специалистов тщательных наблюдений за ходом и издержками это­го масштабного эксперимента. В России в 1977–1990 гг. было расселено 42 тыс. степных сурков в 158 административных районах на территории 21 области. Жизнеспособные поселения животных сформировались только в 26% случаев (Машкин, 2007). Однако даже этот показатель оформлен как реализованный краткосрочный прогноз и современное состояние большинства поселений неизвестно. Для Омской области имеющиеся данные подтверждают неблагоприятность даже среднесрочного прогноза их существования (табл. 2).

Таблица 2. Численность казахстанского степного сурка после реинтродукции в заказнике «Верхнеильинский», Омская область, 1997–2005 гг. (Нефедов, 2010)

Годы наблюдения

1997

1998

1999

2000

2001

2002

2003

2004

2005

Численность, особей

30*

10

7

4

2

2

ед.

ед.

нет

* из них 5 особей погибли от переохлаждения во время первой зимовки.

Для реакклиматизации оказалось недостаточно отлавливать, транспортировать и выпускать сурков отдельными семейными группами. Повышение приживаемости на новом месте возможно только при переселении сурков парцеллами (сложившимися группами семей), а еще лучше – демами (группами парцелл). При этом восстановление численности формируемых на месте сокращенных в результате истребительных мероприятий популяций сурка протекает медленно и занимает около 10 лет, если участок составляет несколько сотен квадратных километров, а плотность популяции – не менее 10% от исходной (Бибиков и др., 1973).

Организационные условия реинтродукции в Омской области

На территории Омской области численность степного сурка минимальна, поэтому для восстановления численности вида и формирования полноценных популяций здесь требуется разработка и реализация специальной программы, взаимодействие всех заинтересованных в этом государственных и общественных структур с обязательной поддержкой местного населения.

Для обеспечения успешной реинтродукции необходимо создание в степной зоне Омской области комплексных охраняемых природных территорий регионального значения (Кассал, 2005а, 2005б, 2009), в том числе специализированного степного заказника кластерного типа областного (регионального) значения по охране степного сурка на территориях всех южных районов Омской области в тех местах, где фиксируются встречи с ним (Нефедов, 2005; Сидоров и др., 2005, 2009). Оптимальным для сохранения степного сурка на территории области было бы создание степного заповедника, где может быть обеспечено полноценное существование насыщенной популяции, способной служить эффективным репродуктором для расселения особей на сопредельные территории.

При этом необходим эпизоотологический/эпидемиологический контроль, но борьба с инфекциями должна вестись не путем уничтожения популяций, а с использованием современных методов профилактики развития особо опасных природно-очаговых заболеваний, прежде всего путем вакцинирования животных и людей.

Литература

Бибиков Д.И. 1985. Повадки сурков // Охота и охотничье хозяйство. № 1. 12–14.

Бибиков Д.И. 1989. Сурки. М.: Агропромиздат. 255 с.

Бибиков Д.И., Берендяев С.А., Пейсахис Л.А., Шварц Е. А. 1973. Природные очаги чумы сурков. М.: Медицина. 192 с.

Громов И.М., Бибиков Д.И., Калабухов Н.И., Мейер М.Н. 1965. Фауна СССР: Млекопитающие. Т. 3, вып. 2: Наземные беличьи (Marmotinae). М.–Л.: Наука. 468 с.

Животные Омской области. Млекопитающие: Справочник-определитель. 2003. / Малькова М.Г. и др. Омск: Издатель-Полиграфист. 227 с.

Кассал Б.Ю. 2005а. Этапность в утрате биоразнообразия Среднего Прииртышья // Тр. зоологической комиссии ОРО РГО. Ежегодник: Вып. 2 / Под ред. Б.Ю. Кассала. Омск. 135–143.

Кассал Б.Ю. 2005б. Проблемы сохранения биоразнообразия на территории Омской области // Состояние и перспективы развития охраны окружающей среды в Омской области: Материалы науч.-практ. конф. Омск. 54–58.

Кассал Б.Ю. 2009. Опыт создания базы данных Красной книги Омской области (животные) // Формирование баз данных по биоразнообразию – опыт, проблемы, решения: Материалы Междунар. науч.-практ. конф. (Барнаул, 13–15 мая 2009 г.). Барнаул: ARTИКА. 112–121.

Малькова М.Г., Якименко В.В. 1999. Редкие виды мелких млекопитающих Омской области // VI съезд Териологического об-ва: Тез. докл. М. 149.

Машкин В.И. 2007. Биология промысловых зверей России.  Киров: Вятская ГСХА. 424 с.

Нефедов А.А. 2005. Первоочередные меры по организации ООПТ для охраны редких видов растений и животных в Омской области // Охраняемые территории Омского региона: Материалы регион. науч.-практ. конф. Омск: ОРОО «Общество охраны природы Сибири». 72–77.

Нефедов А.А. 2010. Сурок степной (байбак) в Омской области // Омская биологическая школа: Межвуз. сб. науч. тр. Вып. 7 / Под ред. Б.Ю. Кассала. Омск: Изд-во ОмГПУ. 96–104.

Павлинов И.Я., Крускоп С.В., Варшавский А.А., Борисенко А.В. 2002. Назем­ные звери России: Справочник-определитель. М.: Изд-во КМК. 253 с.

Пантелеев П.А. 1998. Грызуны палеарктической фауны: состав и ареалы. М.: ИПЭЭ им. А.Н. Северцова РАН. 117 с.

Присяжнюк В.Е. 2012. 2010*Россия*. Красный список осо­бо охраняемых редких и находящихся под угрозой исчезновения животных и растений. Вып. 3. Ч. 1. Позвоночные животные. (Бюллетень Красной книги 5/2012). Лаборатория Красной книги ВНИИ охраны природы. М. 448 с.

Сидоров Г.Н., Малькова М.Г., Нефедов А.А. 2005. Сурок степной (Байбак) // Красная книга Омской области. Омск: Изд-во ОмГПУ. 218–220.

Сидоров Г.Н., Кассал Б.Ю., Фролов К.В., Гончарова О.В. 2009. Пушные звери Среднего Прииртышья. Териофауна Омской области. Омск: Наука. 808 с.

Сулимов А.Д. 1982. Красная книга Омского Прииртышья. Омск. 56 с.

Токарский В.А. 1999. Степной сурок в Украине: этологическая структура поселений // VI съезд Териологического о-ва: Тез. докл. М. 257.

Контакт:
Борис Юрьевич Кассал, президент Омского областного клуба натуралистов «Птичья гавань», член Омского отделения Русского географического общества, доцент кафедры биологии
ФГБОУ ВПО Омский государственный педагогический университет
РОССИЯ 644000 Омск, наб. Тухачевского, 14
Тел.: (3812) 78 23 28
E-mail: by.kassal@mail.ru






Наверх
169 просмотров



Сибирский экологический центр
Центр охраны дикой природы
Проект ПРООН/ГЭФ по степным ООПТ России
Казахстанская ассоциация сохранения биоразнообразия
Об издании

Популярное
ПРООН ГЭФ Минприроды России