Сенокошение и выпас в степи как имитация ее прежнего естественного состояния | №41 лето 2014 | Степной Бюллетень 
ISSN 1726-2860
(печатная версия ISSN 1684-8438)

Содержание номера

№41 лето 2014

Режимы сохранения степейСтепи под охранойСтепной регионИнвентаризация степейСтепи под угрозойСтепное природопользованиеКлючевые видыЗащита уязвимых видовЗаконодательствоПроектыСобытия Новые книги Финансирование номера

Режимы сохранения степей

Сенокошение и выпас в степи как имитация ее прежнего естественного состояния

С.С. Горбунов (РУДН, Москва)

Проблеме соотношения характеристик сенокосных и некосимых (выпасных и заповедных) степей посвящено множество публикаций. В последний год она стала предметом глубоких споров в природоохранном сообществе. Однако мне хотелось бы обратить внимание на саму основу процесса прямого воздействия на степную экосистему в виде сенокошения или щадящего выпаса скота. Современные экологизированные представления определяют наиболее эффективное с экологической точки зрения природопользование как сохраняющее (консервативное). В связи с этим оптимизация воздействия на естественную экологическую систему заключается в его минимизации, а в идеале – в прекращении. Безусловно, это представляется логичным.

Однако на практике мы можем наблюдать явление, которое во многом противоречит этой логике. Неоднократно показано, что кошение увеличивает продуктивность степного травостоя и способствует его восстановлению. Экспериментальные работы на эту тему показывают, что при заповедном режиме происходит существенная перестройка фитоценозов в сторону спонтанного облесения, тогда как при сенокосных режимах достигаются лучшие результаты восстановления степей на залежах (Малешин, 2000). Налицо парадокс: антропогенное воздействие оказывает положительное влияние на состояние экосистемы.

Возьмем на себя смелость рассмотреть эту проблему в контексте понятий о коэволюции и коадаптации. Или проще, проанализируем, являются ли наблюдаемые нами сегодня степные экосистемы первично естест­венными.

Здесь мы можем обнаружить весьма интересный факт. Сложность сохранения степных экосистем часто объясняют тем, что в настоящее время они неполночленны (Бринкерт и др., 2012; Малешин и др., 2000; Трофимов и др., 2012). Из-за этого теряется их способность к саморегуляции (Малешин, 2000). Если так, наблюдаемые степные экосистемы изначально являются нарушенными. Коадаптивные механизмы, являющиеся результатом коэволюционного развития, не проявляются в них в достаточной степени, поскольку часть компонентов экосистемы ранее была изъята.

Говоря о потерянных составляющих степ­ных экологических систем, как правило, имеют в виду крупных копытных, к настоящему времени исчезнувших или многократно сокративших свою численность и потому переставших играть определяющую роль в степных ландшафтах. На важность полночленности травяной экосистемы для ее нормального функционирования указывает множество авторов. Работы, посвященные этой проблеме, многочисленны и относятся не только к степям, но и к другим травяным экосистемам. Приведем только два примера из наиболее недавних публикаций.

Так, установлено влияние численности носорогов на растительность в национальном парке Крюгера (ЮАР) (Cromsigt, Beest, 2014). Наличие или отсутствие этих животных на том или ином участке парка значительно сказывается на видовом разнообразии и состоянии растительных сообществ. Это обусловлено прежде всего фактом избирательности пищевого поведения животных. «Без носорогов саванны станут другими», – резюмируют авторы.

А. Бринкерт с соавторами (2012) убедительно доказывают, что «выпас является ключевым фактором в восстановлении естественной степной растительности на залежах. Таким образом, возвращение практики полукочевого разведения и содержания скота, а также восстановление популяций диких копытных (особенно сайгака) нужно считать приоритетными направлениями, способствующими восстановлению  естественной растительности сухих степей в масштабе целых ландшафтов».

К подобным результатам приходили и ра­нее. В своей знаменитой книге «Серенгети не должен умереть», впервые опубликованной в начале 1960-х гг., всемирно известный зоолог Б. Гржимек пишет: «Кстати, выяснилась еще од­на интересная деталь: гну и зебры в Серенгети испокон веков делают то, что современные скотоводы догадались ввести в практику только два десятилетия назад. Наши учебники по сельскому хозяйству все время рекомендуют крестьянам не давать траве вырастать слишком высоко, а скашивать ее заблаговременно, пока она еще молодая. Высокий травостой означает полный сеновал сена, но вместе с тем и тощих коров. Высокая трава становится жест­кой, она содержит много неперевариваемых волокон. А пока трава еще низкая, в ней много растительного белка. Именно поэтому умный крестьянин разгораживает свое пастбище на несколько частей и через определенные промежутки времени перегоняет коров и лошадей из одного загона в другой, давая им, таким образом, возможность все время пастись на молодой траве. То же самое делают и дикие копытные Серенгети, когда во время сезона дождей кочуют по кругу, поедая необходимые им кормовые травы» (М. Гржимек, Б. Гржимек, 1998). Примерно о том же свидетель­ствует и Генрих Вальтер в своей вышедшей в те же годы классической работе «Растительность земного шара» (1968, оригинальное издание – 1961). В другой своей книге, «Для диких животных места нет», Б. Гржимек (1978) указывает, что «если на скудных тропических почвах пасется 30 различных видов диких животных, они дают заметно больше белка на один гектар, чем пасущееся в тех же условиях однородное стадо домашнего скота».

Таким образом, естественная полночленность травяных экосистем во многом является залогом их устойчивого существования.

При чем же тут вопрос о сенокошении и иных видах хозяйственного воздействия? Дело в том, что хозяйственное воздействие как раз и является попыткой искусственного замещения функций утраченного ранее компонента.

В настоящее время одним из наиболее перспективных методов восстановления естественных сообществ признается так называемое возвращение в дикое состояние (rewilding). Впервые этот термин был предложен американским природоохранником Д. Форманом (Dave Foreman). Суть метода заключается в реинтродукции ранее утраченных в природе ключевых видов животных. По сути, это пассивный способ управления изменениями в экосистеме с целью восстановления естественных экосистемных процессов и уменьшения человеческого контроля над ландшафтами* (Gillson et al., 2011; Navarro, Pereira, 2012).  Метод стал распространенной и часто предлагаемой мерой по управлению природными ландшафтами как в Европе, так и на Американском континенте. В настоящее время популярность его продолжает увеличиваться. Например, в упомянутом выше исследовании о влиянии носорогов указывается, что авторы использовали метод экспериментальной реколонизации (recolonization experiment), что также можно рассматривать как вариант описанного возвращения в дикое состояние.

Итак, мы считаем, что сенокошение и умеренный выпас скота являются ничем иным как имитацией ревайлдинга, или реколонизации. Можно даже употребить термин imitation rewilding (Горбунов, 2013).

Это означает, что рассматриваемый при­мер восстановления степных экосистем в результате умеренного хозяйственного воздействия отнюдь не является парадоксальным и не противоречит консервативной парадигме оценки природопользования. Напротив, он лишь подтверждает ее, утверждая тот факт, что действительно эффективное природопользование является сохраняющим и стремится, насколько это возможно, оставить вынужденно эксплуатируемую экологическую систему в ее первозданном, естественном состоянии.

Отвечая же на вопрос о том, могут ли быть абсолютно заповедными современные степи, можно вполне доказательно ответить, что могут. При условии восстановления их первичного естественно-полночленного состояния. Вероятно, в стремлении к этому и должна заключаться политика сохранения степных ландшафтов.

Литература

Бринкерт A., Камп Й., Хёльцель Н., Сидорова Т. 2012. Восстановление растительности на залежах в сухостепной подзоне Казахстана: важность выпаса // СБ № 36. 13–15.

Вальтер Г. 1968. Растительность земного шара. 1. Тропические и субтропические зоны / Под ред. Б.П. Виппера, пер. Ю.Я. Ретеюма и И.М. Спичкина. М.: Прогресс. 551 с.

Горбунов С. 2013. Эффективное природопользование – сохраняющее природопользование. Взаимосвязь понятия эффективности с понятием экологического равновесия в рамках энергетического подхода к оценке эколого-экономической эффективности природопреобразующей деятельности // Проблемы региональной экологии № 4. 59–63.

Гржимек Б. 1978. Для диких животных места нет. М.: Мысль. 268 с.

Гржимек М., Гржимек Б. 1998. Серенгети не должен умереть / Пер. с нем. Е.А. Геевской. М.: Армада. 459 с.

Малешин Н.А. 2000. Восстановление и режим сохранения луговых степей в Центрально-Черноземном биосферном заповеднике // СБ № 8. 26–29.

Трофимов И.А., Трофимова Л.С., Яковлева Е.П. 2012. Режимные выпас и сенокошение как средство управления степными экосистемами в ООПТ России: выбор индикаторов // СБ № 36. 37–40.

Cromsigt J.P.G.M., Beest M. 2014. Restoration of a megaherbivore: landscape-level impacts of white rhinoceros in Kruger National Park, South Africa // Journal of Ecology 102 (3). 566–575.

Gillson L., Ladle R.J., Araujo M.B. 2011. Baselines, patterns and process // Ladle R.J., Whittaker R.J. Eds. Conservation biogeography. Oxford: Wiley-Blackwell.  31–44.

Navarro L.M., Pereira H.M. 2012. Rewilding abandoned landscapes in Europe // Ecosystems. 15. 900–912.

Контакт:
Горбунов Святослав Сергеевич, аспирант
Кафедра системной экологии экологического факультета Российского университета дружбы народов
РОССИЯ 125481 Москва, ул. Фомичевой, 8, кв. 19
Моб.: 916 159 67 80
E-mail: svy-gorbunov@yandex.ru


* «Rewilding is the passive management of ecological succession with the goal of restoring natural ecosystem processes and reducing human control of landscapes» (Navarro, Pereira, 2012).






Наверх
179 просмотров



Сибирский экологический центр
Центр охраны дикой природы
Проект ПРООН/ГЭФ по степным ООПТ России
Казахстанская ассоциация сохранения биоразнообразия
Об издании

Популярное
ПРООН ГЭФ Минприроды России