Дрофиные в Омской области | №38 лето 2013 | Степной Бюллетень 
ISSN 1726-2860
(печатная версия ISSN 1684-8438)

Содержание номера

№38 лето 2013

Экологическая сетьИнвентаризация степейСтепи под охранойСтепи под угрозойСтепные пожарыКлючевые видыЗащита уязвимых видовИстория сохранения степейЗаконодательствоСобытияПроектыОбъявления Новые книги

Защита уязвимых видов

Дрофиные в Омской области

А.А. Нефедов (Омское отделение РГО, Омск)

Стрепет (Tetrax tetrax). Внесен в Крас­ную книгу России (2000) и Омской области (2005). В начале ХХ в. вид гнездился в южной половине нынешней Омской области, доходя на север до окрестностей Омска и Тары. В 1950–1970-х гг. численность уменьшилась до критического уровня. В это время имели место только залеты одиночных птиц из Казахстана. В 1980–1990-е гг. появлялась информация о добыче охотниками единичных особей стре­пета в степных районах. С конца 1990-х гг. в Омской области стрепет встречается регу­лярно и наблюдается тенденция к увеличению численности. Так, в Русско-Полянском районе одиночные токующие стрепеты стали перио­дически встречаться с 1995 г., с 2000 г. они встречаются в мае–июне регулярно. С 2002 г. встречаются кочующие стайки (до 40 особей) в конце сентября. Весной 1999–2001 гг. за­фиксированы встречи стрепетов в Степном федеральном заказнике в Оконешниковском районе и в окрестностях с. Медет Черлакскогорайона. В 2002 г. отмечено пять встреч в Но­воваршавском районе, причем 25 мая 2002 г. было зафиксировано одновременно четыре то­кующих самца в одном месте.

География встреч со стрепетом до 2004 г.расширялась. По моим данным на 2004 г., в Оконешниковском, Черлакском, Русско-По­лянском, Нововаршавском районах гнезди­лось до 25–30 пар стрепета. На крайнем юге области в конце лета – начале осени встреча­лись стайки до 40 особей. Наиболее крупное предотлетное скопление стрепета наблюда­лось в первой декаде октября 2004 г. в Рус­ско-Полянском районе – до 200 особей. В этот период в области наблюдался «пик» числен­ности стрепета. С 2004 г. из-за браконьерско­го пресса (появление птиц было замечено не только орнитологами) численность стрепета увеличиваться перестала, и к 2007 г. вновь сократилась до 10–12 гнездящихся пар (Не­фёдов, 2007).

В 2007 г. в федеральном заказнике «Степ­ной» Оконешниковского района одна пара стре­петов гнездилась около озера Горькое-Кре­стинское в 0,5 км к западу от с. Крестики и еще пара в 2 км на север от с. Ленинск. В июне 2007 г. в 500 м к востоку от с. Русская По­ляна С.В. Ляшуком найдено гнездо стрепета с 4 яйцами. По сообщению А.Ф. Павлова, в 5 км на восток от с. Преображенка в районе оз. Кы­зымбай Черлакского района стрепет гнездит­ся с 1999 г., на протяжении 10 лет на этом участке ежегодно встречался выводок. В 2 км западнее урочища «Белики» на юге Русско-Полянского района 20 мая 2009 г. встречены самец и самка стрепета (Нефёдов, 2012).

Создание закрытой для свободного по­сещения зоны вдоль границы с Казахстаном усложнило доступ приезжим охотникам, и к настоящему времени численность стрепета вновь увеличилась. В Русско-Полянском, Но­воваршавском, Оконешниковском, Черлак­ском районах стрепет до настоящего времени достоверно гнездится с конца 1990-х гг. Пока нет данных о гнездовании стрепета в других южных районах области (Одесском, Павло­градском, Полтавском, Щербакульском), но оно очень вероятно. По нашим оценкам, всего в области гнездится до 25–30 пар. Специаль­ных обследований и мероприятий по охране стрепета на территории области не проводит­ся. Все сведения получены в результате по­путных и случайных наблюдений и из сообще­ний респондентов с мест.

Дрофа-красотка (вихляй, джек, Сhlamydotis undulata macqueenii, в последнее вре­мя принято рассматривать этот подвид как отдельный вид). Дрофа-красотка внесена в Красную книгу России (2000). Несмотря на сопротивление части коллег, она была вклю­чена и в Красную книгу Омской области (2005) в качестве исчезнувшего вида, для ко­торого возможны залеты на территорию об­ласти. Дрофа-красотка в прошлом обитала в пределах области, что зафиксировано по ли­тературным источникам XIX–XX вв. До на­чала XIX в. была гнездящимся видом степных и, вероятно, лесостепных территорий.

В описании заготовок пушнины, нали­чия в лесах различной дичи и методов добычи «мягкой рухляди», датированном 1803 годом, для территории центральной лесостепи ны­нешней Омской области подробно перечисля­ются птицы: «…тетеревы, называемые косачи, и петрушки, дравы или полские курицы весом до 30-ти фунтов и еще двух родов, средние и малые…» (Земля…, 2002). Определение «поль­ский» связывается русскими поселенцами со словом «поле».

Из описания можно заключить, что на рассматриваемой территории обитали три вида дрофиных, в которых узнаются дрофа, стрепет и дрофа-красотка. Дрофа-красотка, средняя по размерам из трех видов дрофи­ных, ни на какой другой из степных видов птиц не похожа. А представители двух других видов дрофиных– дрофы и стрепета– ред­ки, но встречаются и гнездятся в области и в наши дни.

Очень редкие единичные залеты дрофы-красотки периодически регистрировались на юге Западной Сибири до середины ХХ в. В последние три-четыре десятилетия досто­верные встречи дрофы-красотки в Омской области не регистрировались. Единственное исключение: в конце апреля – первых чис­лах мая 1998 г. в 2 км западнее с. Бессараб­ка Русско-Полянского района, у границы с Казахстаном джека встретил местный охот­ник Б.А. Быков. Первая и единственная с ХIХ в. зарегистрированная встреча вида в Омской области закончилась для птицы тра­гически. На протяжении около 3 км охотник на автомобиле преследовал джека, который убегал зигзагами со скоростью до 40 км/ч, но был в итоге добыт. Из добытой птицы сде­лано чучело. Лишь более 10 лет спустя об этом случае стало известно авторам отчета о мониторинге видов, занесенных в Красную книгу Омской области (Сидоров и др., 2011). Источником сведений было не проверенное устное сообщение охотника. При моих по­пытках проверить их достоверность владелец чучела избегал прямых контактов. Только благодаря специалисту Управления Россель­хознадзора В.И. Иванову с трудом удалось получить фотографии чучела. Сомнений нет, это действительно дрофа-красотка, этого же мнения придерживается и такой эксперт, как В.К. Рябицев.

Очевидно, появление в Омской области крупных птиц, явно избегающих агроцено­зов, связано с процессами, происходящими в соседнем Казахстане. Там значительно уменьшилась площадь распашки земель и соответственно увеличилась площадь зале­жей, снизилось поголовье скота, снизилось значение фактора беспокойства. Предпола­гаемые места вероятных залетов в Омскую область – южные степные районы. Специ­альных обследований по дрофе-красотке и другим представителям семейства в области не проводится, поэтому встречи носят толь­ко случайный характер. Нужно заметить, что дрофа-красотка осторожная птица. При опасности она вначале затаивается, что еще снижает вероятность регистрации случайных встреч залетных птиц.

Восточноевропейская дрофа (Otis tarda tarda). Внесена в Красную книгу России (2000) и Омской области (2005). В прошлом, дрофа – обычный для степных и лесостеп­ных территорий области вид. Как сообщали мне в 2001 г. старожилы Русско-Полянского района, наблюдавшие этих птиц в природе и охотившиеся на них в 1930–1940-х гг., боль­шие группировки дроф в то время обитали в районе между поселками Ново-Санжаров­ка, Бессарабка, Хлебодаровка, а также в урочищах Сумурза и Белики. Эти же люди утверждали, что местная популяция дрофы была кочевой, а не перелетной, и по мере ухудшения кормовых условий откочевыва­ла на юг, в степи Казахстана. В отдельные зимы, при достаточной кормовой базе, дрофы встречались и зимой – в зарослях бурьяна и кустарников по склонам балок («бурачков»), занесенных сверху снегом, а внизу образую­щих ниши, где птицы прятались от больших ветров и морозов.

Известно, что в 1954–1959 гг. местные охотники иногда встречали дроф в пойме р. Иртыш севернее Омска, в районе с. Китай­лы. Так, специалист Госкомэкологии В.Я. Абра­мов сообщал мне в 2000 г., что в 1957 г. во время охоты на заливных лугах левобережья Иртыша встречена стайка из 5 особей дрофы. Одну особь охотники, по его сообщению, за­стрелили. В 1960–1990-е гг. отдельные особи, по устным сообщениям специалистов Област­ного общества охотников и Управления охотни­чьего хозяйства, изредка залетали в Омскую область из Казахстана, но зарегистрированных в литературе случаев нет.

В мае 2000 г., после почти полувекового перерыва две взрослые особи дрофы были за­фиксированы в Черлакском районе, на гра­нице с Новосибирской областью, в федераль­ном заказнике «Степной» (Нефедов, 2001). До 2006 г. в Омской области наблюдалась тенденция к увеличению количества встре­ченных особей: в 2000 г. один раз две птицы, в 2001 г. – 5 особей и две встречи, в 2002 г. – четыре встречи. География встреч расширя­лась. Если вначале информация поступала только из Оконешниковского и Черлакского районов, то в 2002–2003 гг. появились сооб­щения и из других степных районов – Пав­лоградского, Нововаршавского и Русско-По­лянского. Участившиеся встречи взрослых птиц и встреча самки с двумя летными птен­цами величиной «с курицу» в Павлоградском районе в августе 2001 г. позволили сделать предположение о вероятном гнездовании дро­фы в Омской области (Нефедов, 2002).

По моим данным, наиболее удачным го­дом для дрофы в Омской области был 2004 г., когда здесь гнездилось, оценочно, до 5-7 пар, а общая численность популяции, вероятно, составляла около 20 экземпляров. С 2005 г. численность дрофы увеличиваться перестала и вновь снизилась до нескольких особей. При­чиной, возможно, стал возросший браконьер­ский пресс, а также огромный вред, наноси­мый собаками. В 1970–1990-е гг. в каждом из семи степных районов Омской области при табунах, гуртах и отарах постоянно имелось не менее 300 собак, находящихся на подножном питании. Самостоятельно выходящих за добы­чей деревенских собак никто не учитывал, и к пастушьим собакам следует добавить бес­привязных, которые перемещаются в поисках жертв до десяти и более километров вокруг деревень.

В мае 2006 г., по сообщению А.Н. Скрип­карёва, пара дроф наблюдалась в федеральном заказнике «Степной» у с. Ленинск. В.В. Мити­ным 9 октября 2009 г. в Горьковском районе, в 1 км южнее с. Лежанка встречена «неболь­шая особь дрофы, вероятно самка». По со­общению Г.Г. Андреева, несколько одиночных особей дроф отмечено им в мае–июне 2008 г. на полях бывшего совхоза «Целинный» Рус­ско-Полянского района (Нефёдов, 2012).

Сообщения о редких встречах одиночных дроф по-прежнему поступают и охватывают территорию от степных районов до централь­ной лесостепи области. Но специальных об­следований и мероприятий по охране дроф в Омской области не проводится, все встречи носят случайный характер.

Предлагаемые меры восстановления и сохранения дрофиных

Положение дрофиных в регионе остает­ся малоизвестным, но явно неблагополучным, возможно критическим. Для их сохранения считаю необходимым создание степного за­поведника на юго-востоке Омской области (Черлакский и Оконешниковский районы), включающего также часть прилегающих рай­онов Новосибирской области (Чистоозерский район) и Павлодарской области Казахстана (Железинский район). На мой взгляд, только организация заповедника (с предваритель­ным названием «Курумбельский»), желатель­но межгосударственного, способна восстано­вить местные популяции дрофы и стрепета и закрепить здесь на гнездовании дрофу-кра­сотку.

Помимо заповедника, необходима сеть других степных ООПТ федерального и регио­нального значения. Их нужно организовать в ключевых местах для охраны редких степных видов и разнообразия степных экосистем Ом­ской области, в частности – для сохранения дрофиных. Для защиты особо ценных степных участков приемлемым решением может быть заказник кластерного типа федерального значения. Участки такого заказника должны охватить все южные районы области (Ново­варшавский, Одесский, Оконешниковский, Павлоградский, Полтавский, Русско-Полян­ский, Черлакский, Щербакульский).

Управление существующим федераль­ным заказником «Степной» следует изменить, создав независимую дирекцию без ведом­ственной подчиненности в регионе. Террито­рию заказника необходимо закрепить в его юридических границах. С севера, где приле­гают более населенные места, заказник мог бы стать частью охранной зоны предлагаемо­го межгосударственного степного заповедни­ка «Курумбельский».

Однако в реальности даже за время спа­да сельскохозяйственного производства 1991–2010 гг., когда обширные пахотные площади были обращены в залежи, в Омской области не создано ни одной крупной степной ООПТ регионального значения. Тем более, не при­ходится пока говорить о заповеднике.

К настоящему времени накоплен огром­ный опыт, как положительный, так и отри­цательный, выращивания птиц в питомниках и реакклиматизации их в природу. Наиболее известен в России питомник по сохранению дроф Института проблем эволюции и эко­логии РАН в Саратовской области. В 2000–2002 гг. я предлагал организовать создать до­черний центр этого питомника для разведения и реакклиматизации дроф в Омской области. Предлагалось сделать это на базе имеющей­ся или вновь организуемой на юге нашей об­ласти степной ООПТ федерального значения кластерного типа. Непонятно было, зачем от­правлять яйца и птиц в украинский питом­ник, когда и в самой России вид не восста­новился на огромной части бывшего ареала, несмотря на наличие потенциальных биотопов, например в Курумбельской степи на границе Омской и Новосибирской областей.

Как показали годы работы дрофиного питомника в Саратовской области, его эф­фективность оказалась отрицательной (Антон­чиков, 2013). Есть и положительный мировой опыт по разведению дрофиных в питомниках и выпуску их в природу. Некоторый опыт со­держания дрофы, джека и стрепета имеет­ся и в соседней Новосибирской области на Карасукском стационаре ИСиЭЖ СО РАН. Создание питомника для разведения дрофи­ных с последующим выпуском их молодняка в природу в Омской области по-прежнему актуально. Оно может быть реализовано на базе ООПТ федерального значения, которая необходима в Курумбельской степи.

Огромное значение для восстановле­ния дрофиных имело бы принятие соответ­ствующей федеральной программы в рам­ках Минприроды России (Антончиков, 2013). В программе для каждого региона следует предусмотреть все вопросы – от регулирова­ния численности врановых и бродячих кошек и собак до международного взаимодействия. Однако есть опасение, что, в очередной раз, уникальные степи Западной Сибири (в частно­сти, Омской области) в государственную про­грамму не включат. В Новосибирской области с середины 1990-х гг. основной упор делается на создании ООПТ на оз. Чаны и в северной Кулунде (заказник «Чановский», проектиру­емый Барабинский заповедник). Между тем, Курумбельская степь в пределах Новосибир­ской области занимает территорию даже боль­шую, чем в Омской – от ее юго-западного угла до оз. Чаны.

Хотелось бы добавить по поводу про­грамм. Например, в Оренбургской области создан Оренбургский государственный степ­ной заповедник общей площадью 21,7 тыс. га из четырех участков. В этой же области обосно­вали и программу по выпуску лошади Прже­вальского на участке площадью 16,5 тыс. га. Оренбуржцы показали, что при желании можно организовать сохранение степей на достаточно больших площадях. Почему же в Омской и Новосибирской областях нет природоохранных программ, охватывающих сотни тысяч гекта­ров пустующих степных площадей, двадцать лет не используемых даже под пастбища и се­нокосы? Здесь тоже возможно создание жиз­неспособных популяций диких копытных (и не только копытных). Никакими объективными причинами отсутствие подобных программ не объяснишь.

Поэтому еще раз пытаюсь обратить вни­мание ученых, общественности и чиновников, в первую очередь Омской и Новосибирской областей, на одну из составляющих проблемы охраны степей – восстановление местных по­пуляций дрофиных птиц. Еще есть достаточно большие площади пригодных для них биото­пов, уникальных экосистем Курумбельской степи. В очередной раз «упустить из виду» эту территорию при разработке Националь­ной стратегии сохранения и восстановления восточно-европейской популяции дрофы на территории Российской федерации, мягко го­воря, не по-хозяйски.

ЛИТЕРАТУРА

Антончиков А.Н. 2013. Какая стратегия сохранит дрофу? // СБ № 37. 51–52.

Земля, на которой мы живём. Природа и природопользо­вание Омского Прииртышья. 2002 / Под ред. В.Н. Руса­кова. Омск: Изд-во «Полиграф». 575 с.

Нефёдов А.А. 2001. Дрофа в Омской области // Материалы к распространению птиц на Урале, в Приуралье и За­падной Сибири. Екатеринбург. 129.

Нефёдов А.А. 2002. План действий по сохранению дро­фы Otis tarda tarda в Омской области // Омск: Госу­дарственный комитет по охране окружающей природной среды Омской области. 33 с.

Нефёдов А.А. 2007. Редкие птицы Омской области // Тр. Зоол. комиссии ОРО РГО. Омск. 33–53.

Нефёдов А.А. 2012. О редких птицах Омской области // Ма­териалы к распространению птиц на Урале, в Приуралье и Западной Сибири. Екатеринбург: Изд-во «Екатерин­бург». 121–134.

Сидоров Г.Н., Кассал Б.Ю., Пликина Н.В., Самойлова Г.В., Ефремов А.Н. 2011. Организация и выполнение меропри­ятия по организации и проведению научных исследований объектов растительного и животного мира, занесенных в Красную книгу Омской области в 2007–2010 гг. Омск. 123 с.

Контакт:
Александр Алексеевич Нефёдов, действительный член Омского отделения Русского географического общества
РОССИЯ 644010 Омск, Съездовская, 41, кв. 190
Моб.: 913 612 86 29
E-mail: anefyodov2007@mail.ru






Наверх
323 просмотров



Сибирский экологический центр
Центр охраны дикой природы
Проект ПРООН/ГЭФ по степным ООПТ России
Казахстанская ассоциация сохранения биоразнообразия
Об издании

Популярное
ПРООН ГЭФ Минприроды России